quote Чтобы понять путь своего развития в его подлинной человеческой сущности,
человек должен его рассматривать в определенном аспекте: чем я был? –
что я сделал? – чем я стал?
С.Л. Рубинштейн

Называем правильно - 1

slepcy i slonВспомним старинную притчу о слепых мудрецах, которых подвели к слону и предложили описать его. Трогавший ухо сказал, что слон это ковер, трогавший ногу - что слон это дерево. Трогавший бивень утверждал, что слон это копье. Тот, кого подвели к хвосту, был уверен, что слин - это веревка. Тот, кому достался бок слона, заявлял, что слин это стена, а трогавший хобот говорил, что слон это змея.

После того, как они встретились, едва ли не дошло до драки, потому что каждый был уверен в своей правоте и ни за что не хотел соглашаться с другими. И невдомек им было, что слон имеет массу граней, ни одна из которых не является слоном. И лишь соединив все грани в единое целое, можно правильно назвать слона слоном.

Неспроста же Адам после своего сотворения был поставлен старшим по райскому саду – а точнее, был не только обязан возделывать его, но и был ответствен за называние всех созданных творений – зверей и птиц…

Название есть суть вещи – и ключ к мало-мальскому пониманию между людьми. Но и наоборот: крайне важно уметь за названием разглядеть суть вещи со всеми ее гранями…

На свете есть немало очень важных для человека вещей. По сути, настолько важных вещей, что без них и само существование кажется немыслимым.

Таковы, например, счастье, смысл, любовь, добро и зло, совесть, свобода, воля…

Все эти вещи (точнее, понятия) – настолько же сложные, насколько они важные.

А что они означают, по сути? Точнее, что каждый из нас называет тем или иным важным понятием?

“Правдиво сказано у Константина Костючевского: «В суть каждой вещи вникнешь, коли правдиво наречешь ее»” - говорит один из персонажей фильма Андрея Тарковского “Страсти по Андрею.

Наверное, каждый человек даст свое определение или описание того или иного понятия. О любви, например, и о счастье, каждый имеет представление (так, наверняка, считает каждый). Здесь как раз справедливо утверждение: сколько людей – столько и мнений…

В результате мы имеем дело с нагромождением представлений, которые - если и отражают хоть как-то то, о чем идет речь, - то лишь отчасти. Притом в весьма малой части. Ведь каждое из этих понятий подобно бриллианты – с тысячами граней и оттенков. А мы чаще оперируем лишь представлением об одной грани.

Каков результат? Мы воспринимаем сложнейшее понятие очень однобоко.

В результате сложнейшему явлению (к числу которых относится и другой человек, и мы сами) мы присваиваем имя или ярлык, отражающие наше собственное восприятие лишь одной ничтожной грани этого явления. Да и эту грань воспринимаем мы нередко искаженно...

Так же искаженно и однобоко мы представлаем эти важные вещи друг другу в процессе общения – и в результате не понимаем друг друга.

И, не понимая друг друга, мы отчаиваемся – потому что говорим, вроде, об одном и том же.

Но и сами мы не можем полноценно проживать самих себя, свое собственное бытие, если мы оперируем однобокими и выхолощенными понятиями, будучи при этом буквально загипнотизированными их названиями (любовь, счастье…).

Мы страдаем без них, стремимся к ним – и проходим мимо, не замечая, потому что наши представления об этих вещах, будучи прикрытыми вызывающими священный трепет названиями, не дают нам разглядеть эти вещи, эти явления тогда, когда мы их действительно встречаем на нашем жизненном пути.

А все из-за того, что то, что реально есть любовь или, скажем, счастье, совсем не похоже на то, что мы под этими понятиями себе представляем.