quote Личность в каждое мгновение своего существования находится в процессе
становления, так как личность... только тогда является таковой, когда она
идет к тому, чтобы стать личностью
Серен Кьеркегор

Ссылки

Михаил Нехорошев. "Введение в психологию зрелого и пожилого возрастов"

ВВЕДЕНИЕ В ПСИХОЛОГИЮ ЗРЕЛОГО И ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТОВ

Отто Вейнингеру посвящается.

Предисловие

ВЫХОД ИЗ ПОД КОНТРОЛЯ

Взяться за эту работу, помимо человека, которому оно посвящено, меня мотивировали: общение с пожилыми людьми и инвалидами, личный опыт брачно-семейных отношений, мое эротическое мировосприятие и, как ни странно, особенности межклассовых и межнациональных взаимоотношений в нашей стране. Тема была бы необъятна, если бы я не посвятил ее Отто Вейнингеру, в смысле оформленной попытки развить некоторые из его идей, точнее, говоря скромнее, попытаться отметить некоторые следствия, вытекающие из его основной работы "Пол и характер" и сделать ряд практических выводов, в первую очередь для социальных работников и добровольцев и других людей, оказывающих практическую помощь пожилым и инвалидам.

Вначале мне хотелось озаглавить эту работу "Стратегия и средства борьбы с супругами, тещами, свекрами и прочими домочадцами обоих полов". Однако затем, по трезвому размышлению, я осознал излишнюю спекулятивность подобного подхода и, не желая быть неправильно понят, решил просто поделиться с вами, дорогие читатели, как женщины, так и мужчины, своими размышлениями, при этом взяв за ориентир личную свободу каждого из нас. Недаром она столь часто превозносима в обещаниях и гарантиях всеми, вплоть до крупных политических деятелей, и столь популярна во множественных национальных и международных декларациях различного уровня.

Также, более чем двенадцатилетний опыт работы в благотворительных организациях, оказывающей помощь пожилым, инвалидам и другим малообеспеченным и социально незащищенным категориям граждан дает возможность отразить некоторую специфику деятельности негосударственных и некоммерческих организаций (НГО и НКО) в нашей стране и их особые возможности в контексте представленной проблемы.

Цель этой работы – помочь развить собственное понимание обсуждаемых тем. И в первую очередь она может быть адресована социальным работникам, тесно контактирующим с пожилыми и инвалидами, важность психологической компетентности которых обсуждалась не раз (Краснова О.В. [60]; Медведева Г.П. [82]). Эта работа не пособие, которое может помочь стать «консультантом» или «терапевтом». Эти профессии требуют специального обучения и длительной практики. Но в процессе нашей практической работы мы сможем узнать больше. В приложениях даны рекомендации, а список литературы позволит глубже войти в проблематику конкретных вопросов. Цитаты и ссылки снабжены в тексте номером источника [помещенным в квадратные скобки] в списке литературы.

Навыки оказания помощи не помогут разрешить социальные, экономические или политические ситуации, с которыми сталкиваются пожилые люди и инвалиды, но они могут помочь им реагировать по-другому и эффективнее. Важно уметь выделить среди клиентов жертв политических и социальных переворотов, а также пациентов требующих медицинской или психиатрической помощи.

Выход из под контроля шаблонов, штампов, тоталитаризма, опустошенности и равнодушия. Иметь свое мнение и позволять его иметь другим. Жить, любить и работать. Вместе. Уже сегодня.

Отто Вейнингер, ушел молодым в результате суицида в 23 года. Мне бы очень хотелось попробовать представить, какими красками расцветил бы изощренный ум Вейнингера вопрос о взаимоотношении полов с этой точки зрения, доживи он сам до зрелого возраста.


Глава 1

ЗРЕЛЫЙ ВОЗРАСТ И ЕГО КЛЮЧЕВЫЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ

1.1. Половой диморфизм и партнерство

По мере приобретения каждым из нас личного опыта, практически во всех окружающих явлениях и понятиях нам видится некая двойственность. Эта двойственность на практике неизмеримо ярче и значимее для нас, чем общее философское одноименное понятие. Такая субъективность в эмоциональном восприятии является в первую очередь следствием отнюдь не двойственного нашего эгоизма.

Это нормально.

Посмотрим далее. И попытаемся поточнее определить термин "личная свобода", особенно в применении к вопросам, связанным с половым диморфизмом. Свобода, в философском определении, - способность человека действовать в соответствии со своими интересами и целями, осуществлять выбор. (Позволю себе мрачно пошутить,  что счастье, в этом контексте, это не дожить до расплаты за свой выбор.)

Известный вопрос о проблеме перехода отношений Ромео и Джульетты в другие, социально-приемлимые, но все же страстные и романтические… Возможно ли? "Между капризом и вечной любовью существует лишь та разница, что каприз длиться несколько дольше" (О. Уайльд "Портрет Дориана Грея").

Таким образом, свобода вне конкретного промежутка времени, становиться весьма расплывчатым понятием. "Извините, но я свободен/свободна с двух до пяти". Не будем даже уточнять чего.

Вне времени, вне возраста свободы не существует. То есть свобода хороша (и необходима) как условие осуществления сиюминутного выбора, но может быть крайне болезненна как перманентное условие существования.

Особо сложно построить корректные отношения между близкими людьми. В моем понимании они возможны лишь тогда, когда люди действительно хотят получить что-то друг от друга и вербализуют это. Однако это не примитивное "ты мне - я тебе", поскольку в этих отношениях предполагается некая эквивалентность, в реальной жизни не достижимая. Сегодня я пригласил тебя на закрытый просмотр нового фильма, а завтра попросил перевести вещи на свою дачу. Мы приятели, друзья. Никто никому не платил никаких денег. А может, стоило? Или нет? Но ведь кто-то из нас психологически отдал больше. И отметил это, может быть неосознанно.

Любовь также не бывает "бесплатной" в смысле ожидания чего-либо от партнера, даже если это ожидание выражается в желании изредка любоваться издалека объектом своего вожделения. Типа "Гранатового браслета" Куприна. Все равно эквивалентность этого рода зиждется на мотивациях, внутренних мотивациях каждого из нас. Мне всегда казались честнее рыночные отношения, пусть они ориентированы изначально на обман, однако этот обман какой-то более корректный, если соблюдены два условия: соответствие объявленному качеству и отсутствие за соседним ларьком того же товара, но значительно дешевле. Но именно сегодня. Один получил что хотел, другой получил сколько хотел. Одновременно. Корректно? Да. Следует, правда, пометить, что это "сегодня" может быть сильно растянуто или сужено во времени. До года, лет или нескольких минут.

Вообще вопросы психологического времени для каждого из нас - весьма интересная и дискутабельная, в смысле причинности, тема (Болотова А.К. [21]; Доброхотова Т.А., Брагина Н.Н. [44];  Дубров А.П. [46], Налимов В.В., Дрогалина Ж.А. [93]). Мне это видится очень важным. Я не говорю о Бреде Вечности Любви в рамках человеческой (земной) жизни. Обычно это удел влюбленных психопатов и женщин склонных к психологическому вампиризму. Но жить, зная о конце, и не размышлять всерьез о времени могут либо фанатически (но не глубоко) верующие люди либо "отморозки", простите за жаргонное словечко. Синонимизируем: ограниченные, порой весьма активные люди.

Хорошо ли уйти молодым? Мы, живущие, не ответим на этот вопрос, кто-то уже, кто-то еще… Хорошо ли дожить до глубокой старости? Мы не знаем, но стремимся…

"Если бы молодость знала, а старость могла". Итак Отто Вейнингер…

"У человеческого зародыша до пятой недели нельзя оп¬ределить пол, в который он впоследствии разовьется. Только после пятой недели начинаются здесь те процессы, кото¬рые к исходу третьего месяца беременности заканчивают¬ся односторонним развитием первоначально общего обоим полам строения; в дальнейшем течении своем процесс приводит к выработке определенного в смысле сексуаль¬ном индивидуума. Это двуполое, бисексуальное строение всякого, даже самого высшего организма, подтверждает тот факт, что признаки другого пола всегда остаются, а не ис¬чезают и у однополого индивидуума, как индивидуума растительного и животного, так и человеческого. Дифферен¬циация полов, разделение их никогда не бывает совершенно законченным. Все особенности мужского пола можно найти, хотя бы и в самом слабом развитии, и у женского пола. Все половые признаки женщины имеются и у муж¬чины, хотя бы только в зачаточном, рудиментарном виде".

"Предчувствие такой двуполости, присущей всем живым существам и являющейся следствием неполного разделе¬ния полов, относится еще к глубокой древности. Не чуж-дое китайским мифам, оно пользовалось большой извест¬ностью в древней Греции. Гермафродиты, фигурирующие в мифах, рассказах Аристофана и в "Пире" Платона, служат лучшим доказательством этого. Развившаяся в более позд¬нее время гностическая секта офитов считала андрогином первобытного человека".

Эти две вышеприведенные цитаты из Отто Вейнингера [31] подчеркивают общебиологические предпосылки функциональной двуполости человека.

Далее Вейнингер, объясняя открытый им "закон полового притяжения", пишет: "... Наличность определенного полового вкуса бесспор¬на. Существуют, следовательно, и законы этого вкуса, а также и функциональная связь между половым вкусом индивидуума, с одной стороны, и физическими и психиче¬скими свойствами его — с другой. В этом нет ничего неправдоподобного, что могло бы опровергнуть опыт науч¬ный или повседневный. Было бы, однако, ошибкой успокоиться на том, что это "само собой разумеется".

"... Научные требования скромности заставят нас гово¬рить не о силе, которая толкает двух индивидуумов друг к другу, как игрушечных паяцев, но о проявляющемся в этом законе выражении того, что в одинаковой форме сказыва¬ется во всех случаях максимального полового притяже¬ния. Здесь, в данном законе, сказывается то, что термином "инвариант" определял Оствальд, что словом "многократ¬ная" обозначает Авенариус, то есть наблюдаемая во всех случаях одинаковость суммы "М" и "Ж" в существах, наи¬более привлекающих друг друга".

В этом же ключе Вейнингер объясняет гомо- и бисексуальность человека. Но говорит: "И все же с психологической точки зрения относительно человека приходится установить, что он во всякий момент неизбежно является или мужчиной, или женщиной". И далее: "Но какое отношение имеет это исследование к психологии полов? В чем заключается разница между "М" и "Ж" … "М" живет сознательно, "Ж" — бессознательно. Слова наши относятся к ранним типам. "Ж" получает свое созна¬ние от "М". Половая функция типичного мужчины по от¬ношению к типичной женщине — это превращать бессоз¬нательное в сознательное".

Немного категорично, но идея вполне понятна! Хотя, может быть, проще и справедливее:
Быть мужчиной – найти в себе женщину!На всю жизнь, а не ради забавы.А мужик – он себе ищет женщину,за всю жизнь не найдя просто бабы.

В работе "Новые рубежи человеческой природы" Маслоу [81] рассуждал на тему: "Что же могут предложить пси¬хологи для улучшения взаимопонимания между полами?" Психологическое решение было сформулировано с особой четкостью школой Юнга и получило общую поддержку. Оно состоит в следу¬ющем: антагонизм между полами в большой степени является проекцией бессознательной борьбы, происходящей внутри лично¬сти, между ее мужскими и женскими компонентами (независимо от того, идет ли речь о мужчине или о женщине). Чтобы достичь мира между полами, установите мир внутри личности. Мужчина, который борется внутри себя против всех качеств, которые он и его культура определяют как женские, будет бороться против тех же качеств и во внешнем мире, особенно если его культура, как это часто бывает, оценивает мужское начало выше женского.

Мужчина, считающий, что можно быть либо мужчиной во всем, либо женщиной и ничем, кроме как женщиной, обречен на борьбу с самим собой и на вечное отчуждение от женщин. Если он сможет примириться с женским началом внутри себя, то сумеет сделать это и по отношению к женщинам во внешнем мире, станет лучше их понимать, будет менее противоречив в своем отношении к ним и, более того, станет восхищаться ими, понимая, насколько их женственность превосхо¬дит его собственный гораздо более слабый вариант. Конечно же, легче общаться с другом, которого вы цените и понимаете, чем с таинственным врагом, внушающим страх и возбуждающим негодование. Если хочешь подружиться с какой-то сферой внешнего мира, хорошо бы подружиться с той ее частью, которая находится внутри тебя.

Заметим, писал Юджин Моник [89], что ущербная или неразвитая мужественность не равносильна женственности. Женственность не является отсутствием или травмой маскулинности; она представляет собой самостоятельную психологическую характеристику, исходным образом формирования которой яв¬ляется само женское тело. Этиологические и психологические основы того, что нами воспринима¬ется как маскулинность и женственность, жестко связаны с биологическими различиями между мужскими и женскими репродуктивными органами и другими половыми физическими характери¬стиками. Без такого вступления психологическое обсуждение маскулинности и женственности бессмысленно. В то же время следует признать, что все человеческие существа, мужчины или женщины, обладают характеристиками, архетипическими производными свойств противополож¬ного пола, которые содержат их личности.

Вот что Фрейд называл биологической и психологической бисексуальностью, а Юнг - комплементарной сексуальной компонентой, присутствующей в душе любого человека.

Уоррен Штейнберг в работе "Круг внимания. Клинические аспекты юнгианской терапии" [137], сравнивая восточные воззрения с теорией Парсонса пишет: "Эмпатия и проявление заботы представляют со¬бой примеры экспрессивной размерности, или измерения Инь. Бережное отношение к внешним семейным связям, нивелируя возникающие стрессы и напряжения, сохране¬ние ровных отношений между членами семьи, эмоциональ¬ной поддержки и управления в качестве посредника в отношениях — все это входит в содержание экспрессивной функции. С другой стороны, инструментальная размер¬ность, или измерение Ян, ориентирована на компетент¬ность и цель и связана с адаптацией и взаимоотношения¬ми с миром, находящимся за рамками семьи. Инструмен¬тальная функция включает в себя авторитет, дисциплину и высказанное суждение".

Простой путь, с помощью которого общество дифференцирует экспрессивные и инструментальные фун¬кции, проходит вдоль социально-половых линий, нагружа¬ющих сильно, но не слишком тяжело мужские роли инструментальными функциями, а женские роли — экспрессив¬ными функциями.

С возрастом человек (женщина или мужчина) при благоприятном развитии, как правило,  становится мудрее, успокаивается, уходит от жестких половых ролей, но не перестает желать или хотеть! И никак не становиться бесполым.

Проблема найти, обаять, взять, воспроизвестись, передать и не погибнуть! Невозможно? Думаю, что возможно. Это вопрос личного времени в широком смысле этого слова. Кому-то это удается раз в жизни, кому-то чаще, кому-то ни одного. Но в последнем, видимо, есть неочевидная, но неправда. Факт появления и конец жизни человека - уже есть факт передачи! И смерть более не важна. Вспомнились два своих стихотворения.


ПРЕДТЕЧА

С душой поэта, без таланта,

и трудно жить, и смерть нейдет.

Ты не приемлешь аксельбанты –

тебя безверие найдет.

И станет мука – сладкой мукой,

и станет радость в тягость – груз!

И станет скукою наука,

Бессмысленен – любой союз.

И смерть бессмысленна, покуда

не вспомнишь, что душа остра,

и на заре чужого чуда...

сгореть на угольях костра.

***

"Людей неинтересных в мире нет...
"

Частично прав сказавший так поэт,

поскольку интерес всегда заслужен.

Сам по себе ты никому не нужен.


Но "каждый выбирает по себе..."

Пожалуй, это чуточку вернее.

Но выбирает каждый, как умеет,

лишь, научившись у других, себе.

В строю мы одиноки иль едины?

"Земную жизнь пройдя до середины",

печали я подвержен, люди, но

поэтам счастье на земле не суждено.

Нужны нам страсти, горы и лавины,

а душам нашим – наши половины,

нам женщина прощает все грехи,

ведь все равно приводят к ней стихи.

Вот снова выплывает проблема отношений между полами. Куда денешься?! Давайте попытаемся плавно передвигаться в сторону от теоретизирования к практике. Начнем с вопроса: "ЗАЧЕМ НУЖЕН ПАРТНЕР?"

Это не такой простой вопрос, как кажется на первый взгляд. Прежде нужно ответить себе на вопрос: "ЧЕГО ЖЕ ТЫ ХОЧЕШЬ?"

Оставим конкретное решение этого вопроса каждому из нас. В конечном счете, это "твои проблемы". Кратко прокомментируем лишь некоторые возможные варианты на примере решения индивида создать семью.
1. Семья, как нахождение постоянного полового партнера, в итоге дороже и проблематичнее, чем временные связи.

2. Семья, как поиск способа постоянного содержания или страховки на уровне подачи "стакана воды в старости", мало того, что безнравственен, еще и малоэффективен.

3. Семья "по любви". Боюсь детальных комментариев, но лишь снова отмечу, что "вечной любви", обычно декларируемой в таких случаях, в истории практически не встречалось. За исключением случаев скоропостижной смерти с плавным перетеканием в легенду.

4. Семья, как стремление завести… собачку, например. Без комментариев.

5. Семья, как механизм продолжения рода в социально приемлемых рамках. Возможно, но выглядит цинично-натуралистично. Особенно на фоне "ритуальных плясок" сопровождающих эту, в общем-то, естественную мотивацию.

6. Семья, как попытка построения "семьи" в клановом смысле. Этакий "Дон Карлеоне". Бывает достаточно эффективна, но симпатию вызывает не сильно. Тем более, что "чужой" крови литься все ж таки приходиться.

7. Семья, как вариант рыночных отношений, понятна. Но зачем называть это новым словом?

8. Семья, как продукт религиозных воззрений или ячейка государства, очень типична, но не имеет прямого отношения к индивидуальной психологии. Хотя, поскольку человек социален, это естественно, но при этом подходе надо, в случае проблем, обращаться не к психологу, а к батюшке или в "партком".

Конечно, объединение нескольких мотивов делает построение этого микросоциума более человечным, но, обычно, имеет место не объединение, а наслоение дополнительных "причин" на основную мотивацию. Все-таки "чего же ты хочешь", как человек?

В фундаментальном руководстве по сексопатологии Васильченко Г.С. [30] приводит концепцию пяти брачных факторов, среди которых: физический, материальный, культурный, сексуальный и психологический. Автор подчеркивает, что психологический фактор - коллектор, на котором фокусируются все другие и в то же время именно он определяет единство и целостность человеческого поведения. Этот фактор подразумевает соотнесение личностных особенностей супругов, прежде всего их характеров и ролевых притязаний.

Носсрат Пезешкиан [100] утверждает, что отношение к партнерству того или иного человека - это не дело вкуса, не прихоть; это отношение прежде всего зависит от того образа человека, который имеет значимость для людей определенной эпохи и определенного общества. И первый шаг к "одной-единственной" форме партнерства – это решение жить вместе с другим человеком. Прежде всего необходимо самому принять это решение и как можно лучше узнать характер своего будущего партнера.

Но где же кончается Животное и начинается Человек в личном социопсихологическом понимании, опять же, каждого из нас? Я не уверен, что даже в условиях полной конфиденциальности, не будучи мотивированными ДРУГИМИ стимулами, мы в состоянии ответить на такой вопрос даже САМИМ СЕБЕ. Это бывает больно, и скучно, и страшно. Но, опять же, приходит ВРЕМЯ! И снова, ЧЕГО ЖЕ ТЫ ХОЧЕШЬ? Давайте попытаемся разобраться. Это возможно.

Здесь, может быть, уместно вспомнить теорию функциональных систем П.К. Анохина и попробовать проанализировать деятельность человека через ее призму. Хотелось бы сразу оговориться, что теорию функциональных систем мы попытаемся применить здесь с позиций психологии.

Работая над проблемами деятельности головного мозга в  1916 году, И.П. Павлов назвал свое выступление по поводу цели поведения "Рефлекс цели" и более не возвращался к этой теме в своей работе видимо потому, что сам факт возникновения цели для достижения того или иного результата вступает в противоречие с основными  чертами  рефлекторной теории.

"Мы готовы согласиться со всяким новым представлением о предмете, если будет доказано,  что оно лучше нашего разрешает существующие противоречия и дает более приемлемое толкование необъяснимым до сих пор фактам высшей нервной деятельности", - писал П.К. Анохин [10].

Системой можно назвать только такой комплекс избирательно вовлеченных  компонентов, у которых взаимодействие и взаимоотношения приобретают  характер  взаимоСОдействия компонентов на получение фокусированного полезного результата.

Основные узловые механизмы системы, по сути дела, должны разрешить четыре вопроса:

- какой результат должен быть получен?

- когда именно должен быть получен результат?

- какими механизмами должен быть получен результат?

- как система убеждается в достаточности полученного результата?

Этими вопросами  вместе с тем выражено все то, ради чего формируется система. Таким образом, результат является неотъемлемым и решающим компонентом системы,      инструментом, создающим упорядоченное взаимодействие между всеми другими ее компонентами. Итак, полезный результат как системообразующий фактор.

Здесь мы не будем касаться моделей и теорий большинства признанных авторитетов в современной психологии и детально разбирать их базовые концепции, как то комплекс неполноценности и социальный интерес в изложении Альфреда Адлера, экстраверсию-интраверсию и архетипы Карла Юнга, и, даже систему взаимоотношений Ид-Эго-СуперЭго у классика психоанализа Зигмунда Фрейда. Они многочисленны, интересны и… бесконечны. Но, Бог еще не родился внутри нас, "коммунизм", в котором мы росли, терпит фиаско, да и психология во всем мире пока не стала точной наукой. Поэтому будем выбирать лишь то, что эгоистично интересует нас в раскрытии предложенной темы.

Жан Пиаже в работе "Психологическое объяснение и проблема психофизиологического параллелизма" писал, что сознание подчиняется многочисленным законам и что в психогенезе, как и в социогенезе, конструкция все более и более сложного поведения сопровождается не только расширением поля сознания, но еще - и в первую очередь - все более утонченным структурированием этого поля. Вся история науки, если ограничиться только одним примером, – это история прогресса сознательного познания.

В рамках наших вышеприведенных примеров мотиваций построения семьи или поиска партнера, мы столкнулись именно со сложностью обозначения полезного результата с позиций гуманистического подхода. Хотя выстроить саму схему функциональной системы в каждом из этих отдельных примеров не представляет особого труда.

Но было бы как-то не по-человечески, "по-животному" что ли. Протест против такого подхода к компенсации половой инвалидности обсуждался не раз, в частности  Василий Розанов в книге "Люди лунного света" [104] после приведения многочисленных исторических примеров пишет полового аскетизма пишет: "Во всех фактах, которые мы привели, христианских и дохристианских, мы имеем в зерне дела какое-то органическое, неодолимое, врожденное, свое собственное и не внушенное, отвращение к совокуплению, т.е. к соединению своего детородного органа с дополняющим его детородным органом другого пола. "Не хочу! не хочу!" – как крик самой природы, вот что лежит в основе всех этих, казалось бы - столь противо-природных, религиозных явлений." То есть, по Розанову, именно избегание такого дополнения порождает "живое! индивидуально-отличное! лицо!!". И далее, "так мы суть 1) самцы, 2) самки. Но около этого "так" лежит и "не так": противоборство …, "я" отрицающего всякого "не я".

В то же время Розанов считает телесную любовь не пороком, а нравственной, религиозной обязанностью. «Мы рождаемся для любви. И насколько мы не исполнили любви, мы томимся на свете. И насколько мы не исполнили любви, мы будем наказа¬ны на том свете».

В поддержку Розанова Николай Бердяев [15] пишет, что он "с гениальной откровенностью и искрен¬ностью заявил во всеуслышанье, что половой вопрос – самый важный в жизни, основной жизненный вопрос, не менее важный, чем так называемый вопрос социальный, правовой, образовательный и другие общепризнанные, получившие санкцию вопросы, что вопрос этот лежит гораздо глубже форм семьи и в корне своем связан с ре¬лигией, что все религии вокруг пола образовывались и развивались, так как половой вопрос есть вопрос о жизни и смерти".

У Дмитрия Мережковского и Зинаиды Гиппиус, идеальная любовь представляется формой религиозного откровения. "Половая любовь есть не конченный и нескончаемый путь к воскресению. Тщетно стремление двух половин к целому: соединяются и вновь распадаются; хотят и не мо¬гут воскреснуть – всегда рождают и всегда умирают. По¬ловое наслаждение есть предвкушение воскресающей плоти, но сквозь горечь, стыд и страх смерти. Это проти¬воречие – самое трансцендентное в поле: наслаждаясь и отвращаясь; то да не то, так да не так".

И.С. Кон [57] пишет, что Отто Вейнингер сильно повлиял на Мережковского и Зинаиду Гиппиус. "Бердяев отнесся к нему положительно-критически: «При всей психологической проницатель¬ности Вейнингера, при глубоком понимании злого в женщине, в нем нет верного понимания сущности женщины и ее смысла во вселенной».

Были и другие, конечно, и другие мнения. Анд¬рей Белый [14] оценил «Пол и характер» негативно: «Биологическая, гносеологическая, метафизическая и мистическая значимость разбираемого сочинения Вейнингера ничтожна. «Пол и характер» – драгоценный психологический документ гениального юноши, не более. И самый документ этот только намекает нам на то, что у Вейнингера с женщиной были какие-то личные счеты». Розанов пытался раскрыть сущность этих личных счетов, по-своему: "Из каждой страницы Вейнингера слы¬шится крик: "Я люблю мужчин!"

Вероятно, это можно интерпретировать и так, но мне думается, что акцент следует сделать на  том, что все это следствие половой инвалидности каждого из нас, как мужчин, так и женщин. И видимо, вопрос в степени, точнее в личностном восприятии человека своей незавершенности-несовершенности. Эту тему мы еще обсудим под другим углом зрения в четвертой части настоящей главы (1.4.).


1.2. Социум.

Социум неизбежен для человека, необходим для личности, точнее ее развития, но он весьма отчетливо не конгруэнтен, по определению. Эгоистичность - эгоистична. Это не тавтология. Это – основа конфликта, или кризиса, как такового. Скорее важно то, что для человека серьезнее: счастье или деньги, или тщетные попытки это совместить, или нечто другое... В данном случае под счастьем я подразумеваю покой души, "Праздник, который всегда с тобой". Со мной можно не соглашаться. В этом я также эгоистичен, поскольку если бы не было бы этих несогласных, мне самому бы пришлось сеять хлеб или, хуже, убивать себе подобных. Люди разные нужны! Но тем, кто живет во внепроизводственной сфере и вне грабежа или войны не следует забывать: иллюзии должны быть правдивы и рано или поздно востребованы! иначе ты не артист, не игрок, а так… в конечном счете - БОМЖ (тоже очень ёмкое понятие; Без Обозначенной Мотивации Жить, например). И никто не позвонит! "Ну вот, остался ты один…"

Человекоцентрированный подход предполагает гармоничное развитие в условиях отсутствия "свободной конкуренции" методом занятия "свободных ниш". Свободная конкуренция – удел гладиаторов, спортсменов и бизнесменов, это отдельный вид игры в жизнь, однако, далеко не всеобъемлющий.

Не конкуренция, а коммуникация – и все та же пресловутая эмпатия (как заинтересованное честное активное любопытство). Я не знаю, что "за жизнью", но, по-моему, жизнь дана для любопытства, для удивления, для пробы и воспроизводства того же самого. Прогресс – это отсутствие регресса. И плюс прекрасное медицинское понятие – "наличие положительной динамики". Профессионализм, в условиях свободной конкуренции, приводит к уничтожению многого невосполнимо ценного. "Выживает сильнейший!" Сильнейший в чём?

Конечно же, естественный отбор неизбежен и необходим, но не им исчерпывается все многообразие жизни! Здесь где-то близко проходит понятие религии, но это тоже не то, это тоже – только часть. Даже обычный человек и его разум – больше.

Я ничего не имею против истинного профессионализма, но он хорош только тогда, когда человек уже осознал и встал на свое место в социуме или, как гений, знает, "видит" его. Но чем мы зачастую сталкиваемся на практике в нашей стране? С профессиональным мошенничеством, обманом, как в политике и экономике, так нередко в медицине, образовании, и той же самой психологии. Рынок-с, сударыни и судари!

Развитие вида по горизонтали, заполнение новых пространств и незаполненных ниш возможно и при отсутствии внутривидовой агрессии. Развитие вида по вертикали – процесс приводящий, в конечном счете, к появлению нового вида (в случае успеха), или к гибели вида без вертикального воспроизводства (в случае "неуспеха"). Хотя успех и неуспех, в этом контексте имеют много сходного. Люди, homo sapiens, и так достаточно интересны и многообразны, по крайней мере, с точки зрения психологии.

Конечно, жизнь – это борьба, но не борьба с себе подобными! По-моему, человек, как явление нового биологического вида, специфичен именно возможностью ослабить внутривидовую борьбу – самую жестокую в животном мире. Я говорю о возможности, а не о реальной практике массовых войн и убийств. Эрих Фром [128] считает, что если бы в нашей цивилизации "нашлось место для таких явлений, как любовь к приключениям, стремление к солидарности, равенству и другим идеальным целям (а все это как раз встречается на войне), то заставить кого-либо воевать было бы почти невозможно". Попутно замечу, что все человекобойни представляют собой вариант суицида (также специфичного лишь для человека явления), каждого участвующего в них индивида. Это некое следствие произвольной экстраполяции своего "Я" на других, само собой с этим "я" не тождественных и не всегда согласных. Тут же возникает проблема ограждения себя от ненужной тебе эмпатии (здесь в смысле её возможных следствий в виде стремления помочь, привязанности, ревности, эгоистичной любви, страха потери) – человек имеет право жить и умереть, как он хочет. Человек рождается и умирает один. Но я не видел ни одного, кто, умирая, хотел бы быть один. Может быть, я мало видел?!

Возвращаясь к конкуренции, возникает интересная мысль. Может быть, конечный психологический смысл конкуренции и состоит в том, чтобы умереть не одному, а на глазах победившего? Этакий садомазохистский вариант получения любви при жизни – умереть на глазах соперника (может быть партнера). Ведь он (она) в этот момент тебя "любит", по крайней – не безразличен! Ты проиграл, и тем ценен, в последний раз ты отдал, что мог. Любовь нельзя купить, но любовь имеет цену.

1.3. Возраст

Одним из виднейших современных западных психологов, который занимался проблемами зрелого и пожилого возраста, является Эрик Эриксон. Мы остановимся подробнее на его концепции. Не знаю почему, но, читая Отто Вейнингера и Эрика Эриксона, у меня возникало ощущение, какой-то неуловимой внутренней связи между этими авторами. Может быть потому, что Вейнингер рассмотрел, проблемы пола, отталкиваясь от биологической сущности человека, во многом опираясь на гипотезы и догадки и ушел молодым, Фрейд построил теорию и практику индивидуального психоанализа, а Эриксон во многом сделал акцент в своей теории идентичности на социальной организации общества и дожил до весьма почтенного возраста. Мне здесь видится некоторая преемственность.

Эпигенетическая концепция Эрика Эриксона возникла из практики психоанализа. В противоположность З. Фрейду, который считал, что основы человеческого "Я" кроются в развитии невротического конфликта, по мнению Э. Эриксона [139], они коренятся в социальной организации общества. Хотя он сам неизменно настаивал на том, что его идеи – это дальнейшее развитие концепции З. Фрейда о психосексуальном развитии в свете новых открытий в социальных и биологических науках.

Как подчеркивается в ряде отечественных публикаций (Анциферова Л.И., [11]; Обухова Л.Ф., [96] и др.), работы этого автора открыли новые пути исследования человеческой психики, а именно психоисторического, который представляет собой применение психоанализа к истории. Данный метод использовался автором в психоанализе таких выдающихся людей как: Махатма Ганди, Мартина Лютера, Бернарда Шоу, Томаса Джеферсона и других.

Исследования Эриксона многолики. В зону его внимания попали дети и подростки, индейцы, подводники, студенты, хиппи, невротики, демонстранты, евреи и протестанты, феминистки, коммунисты и другие расовые, общественные и половые слои населения.

Центральным звеном в разработанной Э. Эриксоном концепции является положение о том, что человек в течение своей жизни проходит несколько универсальных стадий развития. Процесс развертывания этих стадий регулируется эпигенетическим принципом созревания, под которым автор понимает следующее:

1. Личность развивается ступенчато, переход от одной ступени к другой предрешен готовностью личности двигаться в сторону дальнейшего роста, расширения осознаваемого социального кругозора и радиуса социального взаимодействия;

2. Общество, в принципе устроено так, что развитие социальных возможностей человека принимается одобрительно, общество пытается способствовать сохранению этой тенденции, а также поддерживать как надлежащий темп, так и правильную последовательность развития.

По мнению Э. Эриксона [151] жизнь человека можно разделить на восемь отдельных стадий. Развитие этих стадий является результатом эпигенетически развертывающегося "плана" личности, который наследуется генетически. Поэтому данный принцип активно используется в генетике и эмбриологии, поскольку все, что растет, имеет общий план, исходя из которого развиваются отдельные части, которые после развития формируют единое функциональное целое.

Каждая из 8 стадий психосоциального развития эго (возрастов человека) сопровождается кризисом. Кризис является поворотным моментом в жизни человека, который возникает после достижения им психологической зрелости и под влиянием социальных требований, предъявляемых к нему соответствующей возрасту стадии.

Стадии жизненного цикла человека имеет специфичную эволюционную задачу. Данная задача определяется определенной проблемой в социальном развитии, которая в свое время предъявляется человеку, но не всегда может находить свое решение. При этом, модели поведения человека зависят от того, как разрешается эволюционная задача или как преодолевается возрастной психосоциальный кризис.

Каждый психосоциальный кризис содержит позитивную и негативную компоненты. При разрешении конфликтов, которые играют важную роль в росте и расширении межличностных отношений, эго выбирает новый позитивный компонент, что гарантирует здоровое развитие личности в дальнейшем. В противоположность этому, если конфликт неразрешен, в эго встраивается негативный компонент, что наносит ему вред. Адекватное разрешение каждого психосоциального кризиса способствует развитию более адаптивной и зрелой личности.

В зрелом возрасте (седьмая стадия по Эриксону) происходит следующее.

Седьмая психосоциальная стадия развития личности самая продолжительная и составляет период жизни с 25 до 64 лет.

Эта стадия психосоциального развития (средняя зрелость: продуктивность-инертность) связана с противоречием между способностью человека к развитию, которое он получает на основании приобретенного положительного опыта на предыдущих стадиях и личностной инертностью, стагнацией (застоем), медленным регрессом личности в процессе обыденной жизни. Овладение способностью к самостоятельному развитию формирует у человека черты индивидуальности и неповторимости.

Основной проблемой этой стадии является выбор между продуктивностью и инертностью. Продуктивность проявляется вместе с развитием у человека с озабоченностью в благополучии следующего поколения и состояние общества в котором в будущем будет работать это поколение. Иными словами, продуктивность выступает как забота более старшего поколения о тех, кто придет им на смену. У родителей это чувство самореализации связанное с достижениями его детей. Продуктивность присуща не только родителям, но тем взрослым людям, которые вносят вклад в воспитание молодежи, а также тем лицам, которые разрабатывают идеи, новые технические устройства и произведения искусства, передаваемые от поколения поколению.

Если у взрослых людей продуктивная деятельность преобладает над инертностью, то проявляется положительное качество этой стадии – забота о людях, результатах и идеях, к которым проявляет интерес человек. Забота – это психологическая противоположность безразличию и апатии.

Лица, которым не удается стать продуктивными, постепенно переходят в состояние поглощенности собой, стагнации. При этом основным предметом их заботы являются личные потребности и удобства, и потворство своим желаниям. Согласно Э. Эриксону [150] главным психопатологическим проявлением в возрасте средней зрелости является отсутствие желания заботиться о других людях, делах или идеях. Это имеет отношение к человеческим предрассудкам, черствости и жестокости, а также к отдаленным проблемам выживания рода.

Мы в нашей стране уже, наконец, начали понимать, что кризис в обществе в значительной мере обусловлен суммой личных психологических кризисов, впрочем, они и взаимозависимы друг от друга. Это находит отражение в прессе и других средствах массовой информации.

"Сам ты Гамлет" – заголовок статьи Семена Новопрудского в газете "Известия" [95]. В ней говориться, что однократность человеческой жизни и уникальность человеческого опыта каждого из нас застав¬ляют считать свой возраст самым важным. Но почему-то неписаная традиция общества не предписывает следить за мироощущением людей среднего возраста – от мужчин гамлетовского возраста до женщин бальзаковского. То есть от тридцати до пятидесяти.

Между тем именно мироощу¬щение этих людей, составляющих костяк рабочей силы государства, значительную часть интеллекту¬ального потенциала нации, может оказаться решающим для опреде¬ления состояния, в котором нахо¬дится страна. В России в послед¬ние годы стали задумываться над тем, что называется "кризисом среднего возраста". Но в нашей стране этот банальный, почти фи¬зиологический кризис идеалов частного человека накладывается на общегосударственный  кризис идеалов.

У пожилых людей кризис идеалов обращается в жуткий пессимизм, у людей среднего возраста – в жуткий цинизм. Идеалов у нас может и не быть – это не трагедия. Трагедия – полное отсутствие внутреннего содержания жизни, то, что на бы¬товом языке называется опусто¬шенностью. Для нынешней России опусто¬шенность людей среднего возрас¬та особенно опасна. В нашей стра¬не в кои-то веки настала пора де¬лать реальные дела, зарабатывать деньги. Речь вовсе не о смысле жизни, а об элемен¬тарной иерархии ценностей: карь¬ера–семья–деньги, праздность–путешествия–покой.

Жители бывшей (и пока еще настоящей) империи мучительно пытаются перейти от коллективных идеалов к индивидуальным внутренним.

"Если хотите, – говориться в статье –  братки, которые полегли в разборках, не дожив до гамлетов¬ских тридцати или едва перейдя этот рубеж, – некое олицетворе¬ние подлинной трагичности этого процесса". Они выбрали слишком простой путь – не думать, а брать, не "быть", а "иметь". Но если вы подумаете, что у тех, кто выжил не появляются серьезные психологические проблемы, то сильно ошибетесь. У них все чаще и чаще возникает необходимость в консультации психолога, как в психотерапевтическом смысле (у более "продвинутых"), так и тренинговом (как необходимость личностного роста).

Советского народа нет уже, российско¬го – еще. Но российский народ все равно не получится без сформи¬ровавшихся частных людей. И здесь роль людей среднего возра¬ста кажется определяющей. У них еще много сил и уже достаточно опыта. От их частного выбора, от суммы их воль и желаний зависит движение страны – в большей степени, чем от любой реформы власти и даже от перераспределе¬ния бюджетных доходов в пользу центра.

Пока большинство выживает, устраивается в ре¬альности, а не живет в ней, не формирует ее. Сегодня нужно всего лишь изо дня в день информировать граждан о происходящих событи¬ях и по возможности расширять их кругозор некими новыми све-дениями о реальности. В наших газетах и телепередачах абсолют¬но точно отражается кризис сред¬него возраста нации. "И вечный бой, покой нам только снится". А кризис в значительной мере подошел к концу! Люди в нашей стране все еще не привыкли к сво-ему глобальному сиротству – к жизни без обволакивающего го¬сударства. И все еще не умеют жить и быть счастливыми по ча¬стным поводам.

Карл Роджерс [106] писал, что в начале своей профессиональной деятельности он задавал себе вопрос: "Как я смогу вылечить или изменить этого человека?" Позднее он перефразировал этот вопрос так: "Как создать отношения, которые этот человек может использовать для своего собственного личностного развития?" И далее: "Как только я подошел ко второй постановке вопроса, я понял, что все, что узнал, применимо ко всем отношениям с людьми, а не только в работе с клиентами, имеющими проблемы".


1.4. Инвалидность

Пер Гюнт

Когда я правдой жил в согласии с судьбой?Когда я сильным был? И был самим собой?О, если знаешь ты, то истину яви.

Сольвейг

В моей надежде, вере и любви.Во мне одной.

Всякий раз, читая работы классиков психоанализа, я часто поражаюсь, какие гениально простые мысли они порой излагают. Это не ёрничество и не юродство. Просто классика естественна и тем самым примитивна. Из этого проистекает одно очень интересное следствие для каждого из нас. Мы, будучи искренними в выражении своих желаний и, может быть, эмоций – классичны. Говоря о желании денег, секса, физиологических отправлений простыми словами мы становимся в один ряд с … Впрочем, мотивации могут быть другими и тогда ВЫГОДНЕЕ обмануть, манипулировать. Но мне здесь сразу видится "старик пуговичник" [48]. Попытка разобраться в собственных мотивациях во взаимосвязи с референтным (на текущий момент) социумом – Альфа и Омега для каждого из нас. А если текущий момент – глубокая старость, приближающаяся смерть? Или сложнее: болезнь, смерть близких, любимых.

Можно сказать, возвращаясь к функциональным системам, что полезным результатом "семьи"  может явиться отсутствие отрицательного результата, в виде распада личности, в условиях недостатка, пусть травмирующего, но ясно очерченного семейного микросоциума. Юджин Моник [89] пишет: "Взрослому человеку может показаться абсурдным утверждение, что источник его сегодняшних проблем заключается в детской привязанности к матери, но именно это имеет в виду Юнг, гово¬ря о проявлениях инфантилизма в поведении взрослых мужчин. Чрезмерная и переходящая ра¬зумные пределы потребность в защите, заботе и питании переносится на жену, корпорацию, детей, стремящихся к самоутверждению, а затем превращается в разрушительную и даже патоло¬гическую жалость к самому себе".

Но это уже ближе к психопатологии. Приведу цитату из книги Джеймса Бьюдженталя "Наука быть живым" [28].

"Главное утверждение, которое я буду доказывать в этой книге, – утверждение, которое слишком часто упускается из виду или слиш¬ком мало ценится: каждый из нас является духовным инвалидом. Я буквально утверждаю: каждый из нас – искалеченный чело¬век, поврежденный в своей жизненности и интуиции (либо в ос¬трой, либо в хронической форме), и наша природа несет в себе нереализованный потенциал.

Эта книга – о нашем утраченном шестом чувстве. Оно являет¬ся ключом к более полной, насыщенной жизни. Мы искалечены множеством влияний; мы инвалиды в той же степени, как слепые и глухие люди. Мы не используем свой потенциал полностью. Наше утраченное чувство важнее, чем зрение и слух или обоняние и вкус; это чувство нашего бытия. Это утраченное чувство являет¬ся внутренним зрением, которое позволяет нам постоянно осозна¬вать, насколько наш внешний опыт соответствует нашей внутрен-ней природе".

Здесь хотелось бы привести еще два стихотворения.

Я между детской прямотой

и старческим цинизмом,

разрушив нежностью устой,

осколки склеивал садизмом.

Большие чувства одиноки:

где двое, там уже игра...

Осеменённая икра

всегда страдает дуализмом,

однако, оттого растёт,

ведь поделить никак не может

с игрой заложенный устой.

Деленьем дальше-больше множит

великих чувств пустой простой,

но ощущения тревожат

по достижению поры

нас – производное икры.

А происходят измененья,

когда отходим на покой,

сближаясь с голою икрой.

Что рок! Настанет безвременье –

пора больших, великих чувств...

Пока что я с тобой мечусь

и собираю впечатленья

я с прямотою и цинизмом.

 

Люди! Себе я и Вам поражаюсь.

С любовью, со злобой, но всенепременно

назад возвращаюсь.

И будто такой же, и всем на пример, но

только я вновь на качелях качаюсь,

где все переменно: и место, и время...

Простите, но кто же придумать мог сказку такую?

Постой, я тебе обстоятельно все растолкую.

И обстоятельства те, что как будто случайны,

истоками станут, а многие важности вдруг измельчают.

А после предъявят мне иск Ваши чувства,

и спросят меня: "Это что же – искусство?"

И правы! Хоть верь – хоть не верь мне.

Детально тебе толковать не намерен.

Точней – не хочу...Точней – не умею.

Я просто хотел быть услышан,

пусть я неумерен,но я Вас всех слышу,

чем очень растерян.


Теперь предоставим читателю некую гипотезу об инвалидности. Пока в виде отдельных постулатов и тезисов.

1. Инвалидность – понятие применимое в тот или иной момент времени к каждому человеку независимо от пола, возраста и реального психофизического состояния.

2. Инвалидность можно компенсировать по эндогенному типу (механизм замещения) или по экзогенному (принцип комплиментарности)

3. Отношение к инвалидности у индивида ее имеющую может быть неоднозначное, начиная от боли и страха, отрицания и вытеснения, до эмпатического принятия и удовольствия.

4. Один человек – всегда инвалид.

В некотором роде функциональная однополость человека и вообще половой механизм размножения в природе не замкнутый на одном организме – вариант инвалидности, в смысле способности однополого организма, индивида, личности воспроизводить себе подобных в плане продолжения биологического рода.

Чего же лишен человек, или на что он обречен как следствие этой инвалидности.

1. Признание собственной индивидуальной недостаточности.

2. Вытеснение (со всеми вытекающими последствиями) этой одной из основополагающих мотиваций в природе.

3. Поиск партнера по биологической (половой) мотивации, с осознанием своей инвалидности.

4. Неосознание  (со всеми вытекающими социальными последствиями) внутренней "работы" этой мотивации.

Однако, цель НЕ оправдывает средства! Отметим наперед, что пожилые люди это понимают, лучше, чем кто бы то ни было, часто на примере собственной жизни. "Здоровый" человек в этом контексте, лишь тот, кто по тем или иным причинам не задается этими вопросами, гонит их от себя или, что много хуже, просто ограничен.

В моем понимании вышеприведенная гипотеза об инвалидности и краткий экскурс в ее эротическую составляющую, может помочь попытаться взглянуть на проблему по-новому. Ведь как мы привыкли рассуждать?

Инвалидность – от лат. in-valid "не-полноценный" (в чем?): физически или психически. По-английски dis-abled, "не способный" (к чему?). По-немецки be-hindert, "тот, кому что-то мешает" (что?).

Инвалидность можно компенсировать только социально – привыкнуть не обращать внимание на человека на коляске, на костылях, заикающегося или с лиловым пятном в пол-лица. Этого в России нет и не скоро будет. Есть во Франции, Германии, США и т.д.

Вытеснить презрение к инвалидам в сознании «здоровых» людей можно, хотя и сложно. Нужно ли? В Спарте таких сбрасывали со скалы, в гитлеровской Германии убивали. Есть закон: если у человека нарушено одно из его тел, искажения скорее рано, чем поздно проявляются и на других уровнях. Недаром в "Учебнике дипломатии", М., 1972, указывается, что "дипломатами не могут быть лица с физическими недостатками", не говоря уже о недостатках психических. Это негласное правило, но оно действительно и для политиков, и для священников, и для астрологов-экстрасенсов – человек, имеющий лиловое пятно в полголовы или лишенный двух пальцев на правой руке, не имеет права работать с людьми, потому что, вольно или невольно, он передает им свои искажения на других уровнях, и они уходят от него ущербными…

Сам инвалид может быть золотым человеком. Он может многое сделать для компенсации инвалидности у себя и у других людей, страдающих такими же недостатками (читайте "Комсомолку" за февраль-март 2000). И: он может и имеет право заниматься всем, что ему нравится, но желательно в одиночку, не вступая в прямой контакт с другими. Просто чтобы не повредить им. Судьба великих левшей – изобретателей гениальных протезов в России, которых официальные инстанции не желают знать, пример тому.

Может  быть, на Западе некоторым удастся преодолеть свою неприязнь к ущербным – недаром они строят для них особые лестницы, лифты и пассажи. Но Россия – не Запад, и те, кого четыреста лет назад называли "убогими", ими и останутся в глазах населения, исключая разве что Москву и Петербург, которые, как известно, не Россия.

Поэтому решение "проблемы" инвалидов в России пока может найтись лишь в той же четырехсотлетней традиции приятия инвалидов под эгиду Православной Церкви, где они могут получить уход, труд и деньги на протезы, ибо наша Церковь, слава Богу, богата.

Ни правительство, ни собес, ни организации ветеранов войн, ни бизнесмены или частные лица, у которых все на месте, в наших условиях не смогут преодолеть своего отвращения к убогим и не дадут денег на что бы то ни было, если у них самих нет отца или брата, прикованного к инвалидной коляске. Да и тех они стараются навещать не реже раза в год. Поэтому главное для инвалидов – "опора на собственные" (несуществующие) ноги, уверенность только в себе и ни в ком ином, развитие собственных способностей, которых его, Природа во всяком случае, не лишила, и применение их по мере востребованности. Чем лучше способности, тем более востребованы они будут.

То есть, в известной мере, "спасение утопающих – дело рук самих утопающих". То есть инвалидов, пожилых, маргиналов.

От тяжелого нервного расстройства страдал выдающийся актер Михаил Чехов. Его лечили психиатры, гипнотизеры и психоаналитики, но, в конце концов, он сумел помочь себе сам. Он так описывает свое самоощущение, с помощью которого, по его мнению, он вышел из кризи¬са: "Я воспринимал доброе и злое, правое и неправое, красивое и некрасивое, сильное и слабое, больное и здоровое, великое и малое как некие единства... Я не верил прямым и простым психологиям... Они не знали, что быть человеком – это значит примирять противо¬положности". (М. Чехов. Литературное наследие).

Один из лучших механизмов "выздоровления" принятие себя таким, какой ты есть, оценить свою особенность и валидность и использовать это во благо себе и себе подобным. Скольким людям помогли книги и методики, написанные  и разработанные на основе собственного, пусть печального, но опыта удачного преодоления (Дремова Н.Б. "История моей болезни" [45], Красов Л.И. "Одолевший неподвижность" [63] и многие другие). В этом смысле люди, пришедшие в психологию или психотерапию, тоже до некоторой степени инвалиды.

Кентавр  Хирон, научивший Асклепия (Эскулапа) искусству исцеления, сам страдал от незаживающих ран. В Вавилоне существовала богиня-собака, имеющая два имени: Гула – смерть и Лабарту – исцеление. В Индии Кали была известна в качестве богини чумы, и одновременно как целительницы.

С точки зрения психологии это означает, что пациент является целителем самому себе, но вместе с тем и то, что целитель тоже ранен. Психотерапевт может быть травмирован множеством разных способов. Начнем с того, что человек, выбирающий эту профессию, обычно делает этот выбор, находясь в положении страдающего пациента. Психологическая боль заставляет будущего психотерапевта усиленно работать над своими собственными проблемами, чтобы получить удовлетворение от личной жизни.

Однако душевные раны редко заживают навсегда. Нести в себе рану – это не значит просто нести свой крест, это необходимое условие умения оказать помощь другим (Штейнберг Уоррен) [137].

Но нельзя забывать о необходимости, не только нравственной, но и эгоистической о поддержке со стороны "как бы нормальных". Стоп! Мысль понятна, но что бы не "зарываться", опишем традиционные определения инвалидности и маргинальности. В моем понимании это близкие понятия. Проследите за замкнутой цепочкой: маргинал– пожилой–инвалид.

ИНВАЛИДНОСТЬ – состояние человека, когда он не может са¬мостоятельно обеспечить (полностью или частично) потребности нормальной личной или социальной жизни в силу недостатка (врож¬денного или приобретенного) его физических или умственных способностей. Также описывается, как состояние полной или частичной утраты трудоспособности.

МАРГИНАЛЬНОСТЬ – состояние групп людей или личностей, которые поставлены общественным развитием на грань двух (или нескольких) культур, участвуют во взаимодействии этих культур, но не примыкают полностью ни к одной из них; состояние маргинала; нахождение в пограничном, промежуточном положении между каки¬ми-либо социальными группами. См. [99].

В моем понимании определения этих состояний имеют много общего, но инвалидность, имеет больше отношения к физическому или психическому состоянию личности, а маргинальность – к психическому или социальному.

Альфред Адлер [5] обсуждая теорию Зигмунда Фрейда писал: "Невроз демонстрирует нам, как он претворяет в жизнь ошибочные цели и стремления. Источники того, что думает и как действует человек сегодня, можно обнару¬жить в его детском опыте. Так, касаясь положения Фрей¬да о "возвращении к истокам", душевнобольной человек не так уж и отличается от здорового. Отличие заключа¬ется лишь в том, что психически больной человек стро¬ит свои представления на ошибках, которые заходят слишком далеко, и что он выбирает не лучший способ отношения к жизни. Само по себе, возвращение к исто¬кам, к прежнему состоянию это нормальная форма обра¬за мышления и действия".

Медицинский или психиатрический аспект инвалидности – внутреннее отношение человека к своему телу, разуму имеет, впрочем, очень важное практическое значение. Например, в случае наличия у человека сверхценных идей. По данным приведенным Коркиной М.В. при исследовании дисморфоманий у подростков страдающих шизофренией, в 50% наблюдений мысли о физическом недостатке имели характер бредовой убежденности с наличием в некоторых случаях определенной парадоксальности: уверенность в «уродстве» касалась нормальной по всем объективным признакам части тела, а действительный (бо¬лее или менее заметный) физический недостаток не вы¬зывал у больных ни малейшего сомнения или огорчения.

О наличии такой парадоксальности в содержании бре¬да физического недостатка можно говорить, например, у больного М., у которого бредовая убежденность в «уродстве» касалась носа, объективно (по заключению косме¬тологов) очень правильной формы. В то же время сильно изуродованная правая рука с отсутствием половины кисти и трех пальцев и с очень грубыми рубцами (больной в детстве подорвался на мине) не вызывала у него ника¬кого беспокойства. Обращаясь к косметологам, этот боль¬ной, грозя самоубийством, настойчиво требовал переде¬лать нос (по мнению косметологов, «почти классической формы») и совершенно не упоминал о руке. Объективно изуродованная рука, напоминающая клешню рака, была для больного «ерундой» и «пустяком», в то время как не¬значительная горбинка на носу составляла, по его собственному выражению, «трагедию всей жизни».

Пациенты с дисморфоманиями крайне склонны к суицидальным поступкам, и это необходимо учитывать при работе с этими людьми. В вопросах предполагаемого суицида и социальной опасности человека для жизни и здоровья окружающих проходит существенная граница между возможностями психологической и психиатрической помощи.

Однако, в рамках практической психологии, кто из нас не инвалид, и кто – не маргинал? И кто не станет просто пожилым, если не переживет деструкцию? И разница здесь действительно, скорее количественная. Как и в вопросе материальной обеспеченности.

Бабушка подписку оформляет

только на три месяца вперёд:

деньги экономит

и гадает

сколько-то на свете проживёт.

Материальная обеспеченность, если она не ниже физиологического уровня выживания (что достижимо в чистом виде лишь в искусственных условиях: тюрьма, как внешнее лишение свободы, без достаточного обеспечения, последствия стихийных бедствий и боевых действий и т.д.), далеко не всегда определяет поведение человека, хотя мы привыкли считать, что финансовые проблемы едва ли не самые принципиальные. В организации, где мне доводиться сотрудничать в течение ряда лет, работает много пожилых людей (среди них большинство инвалидов), достаток которых, мягко говоря, сомнительный и, тем не менее, они приходят работать на общественных началах, бесплатно. И зачастую основной мотивацией является нахождение в социуме, желание быть востребованными.

Чего же ты хочешь? Эта формулировка в своей "кондовой" альтернативности, в моем понимании является мерилом человечности (отмечу, что я не считаю homo sapiens – вершиной эволюции, даже в обозримой для нас по времени природе). Важно попутно отметить, что вера (читай - теория) о сотворении мира и человека Богом, здесь вообще не обсуждается в смысле ее неактуальности с точки зрения автора. Хотя если считать Богом бесконечность временного континуума, то возможно… Например, в случае приемлемости идеи эволюции понятия Бога. Я бы сказал, что Бог еще не родился в нас. Все это вопрос возможности заглянуть в будущее… или посетить прошлое. Вспомните "Трудно быть богом" братьев Стругацких.

1.5. Трансцендентность

Крайне непрост вопрос о долгах на протяжении поколений, в кармическом смысле (извините, сам не очень люблю слово карма, но для краткости применяю - ёмкое). Как можно отвечать за или реагировать на события, с которыми лично ты не связан не только каузально, но и по времени. Хотя, наверное, причинность всегда можно отыскать в бесконечности временного континуума и в работах по трансперсональной психологии.

В применении к истории нашей страны, где государственность нередко поддерживалась потоками человеческой крови, этот вопрос имеет не праздно-теоретическое значение, а имеет вековые исторические корни. "Здесь Храмы на крови, и ни на чем другом они стоять не могут" (Александр Мирзаян "Гамлет").

Вспомним опять же фантастику, когда экспедиция, отправившись в далекое прошлое, ненароком погубила бабочку. А, вернувшись, они заметили, что мир как-то изменился. И если твой далекий пращур, не уничтожил бы своего соперника физически, то и ты в том виде какой ты есть, наверное, не смог бы появиться на свет.

Существует множество уровней самотождественности, доступных индивиду. Кен Уилбер [122] пишет: "Вы никогда не задавались вопросом, почему в жизни существуют противоположности? Почему все, что вы цените, является половиной пары противоположностей? Почему все решения основаны на противоположностях? … И заметьте, что все вещи, которые мы считаем серьезными и важными, тоже оказываются одним из полюсов пары противоположенностей: добро-зло, жизнь-смерть, удовольствие-боль, Бог-сатана, свобода-несвобода". И далее, "боюсь, что природа не просто умнее, чем мы думаем, Природа умнее, чем мы можем даже предположить. Природа в конце концов произвела и человеческий мозг, который, как мы тешим себя надеждой, является одним из самых умных инструментов в космосе".

Станислав Гроф в книге "За пределами мозга" [39] в разделе обзора экзистенциальной и гуманистической психотерапии писал: "В пределе невозможно оправдать жизнь и найти в ней смысл интеллектуальным анализом и чистой логикой. Необходимо попасть в такое состояние, когда эмоцио¬нально и физиологически осознаешь, что жить стоит, и ощущаешь радость от само¬го факта существования. В мучительных философских изысканиях смысла жизни следует видеть не закономерную философскую тематику, а некий симптом, показы¬вающий, что динамический жизненный поток замутнен и блокирован. Единствен¬ным эффективным решением проблемы будет не изобретение надуманных целей жизни, а глубокая внутренняя трансформация и сдвиг в сознании, восстанавливаю¬щий течение жизненной энергии. Человек, активно участвующий в процессе жизни и испытывающий живой и радостный интерес к нему, никогда не задастся вопросом, имеет ли жизнь какой-нибудь смысл. В этом состоянии существование восприни¬мается как драгоценность и чудо, и его ценность самоочевидна".

Позднее мы еще вернемся к работам Станислава Грофа об исследованиях сознания с помощью психоделических препаратов, как в рамках обсуждения поиска "партнера", так и в отношении понятий "пожилого возраста", "маргинальности" и "инвалидности".

Глава 2

ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА

2.1. Сны

Чьи сны человечнее - старика или молодого? Думаю, должны быть у первого - за ними больше времени земной жизни. Я, как сторонник эротического видения мира, хотел бы поговорить о партнерстве, корректной любви, как формы близких человеческих отношений в старости. Попутно мы сможем лучше понять, в чем состоит корректность близких отношений людей в целом.

Будучи совсем юным, я разговорился в больнице с пожилым евреем. Мы оба были пациенты и лежали в одной палате. Чтобы скоротать время мы разговаривали, он рассказывал мне истории из своей жизни, как студентом он ездил на практику… Конечно, вы догадались: в первую очередь о похождениях амурного толка, без порнографии, но конкретно. Он радовался как ребенок, а я внимал. Он вскоре умер. А я думал, что мне тоже хотелось бы "пере…" этих молоденьких "училок". Да и сейчас я его понимаю, имея опыт. Тогда не имел.

Я не могу назвать себя серьезным приверженцем Зигмунда Фрейда, но эта преамбула в работе о пожилых людях, и о том, что я хочу изложить в дальнейшем, в моем понимании, здесь необходима.

Мне как-то приснился трехуровневый сон, я имею в виду, что мне снилось некое действо (трудное, проблематичное) затем я "проснулся" и обдумал, что мне снилось, и позже проснулся по-настоящему. И восхитился красивостью работы подсознания. Надо отметить, что сновидение и его тематика были связаны с конкретной проблематикой, стоявшей передо мной в тот момент. Я, обычно ленивый, работал тогда очень много. Работа и расширение подсознания, возможно, взаимосвязаны.

Как это связано с пожилым возрастом? Ну не мог же человек в зрелом возрасте хоть раз в жизни всерьез не напрячься? Хотя… Я думаю, что психологические сложности многих пожилых людей в бывшем Советском Союзе связаны с тем, что не столько они сами напрягались, сколько их пыталось изнасиловать социальное окружение в лице таких же, как и они сами. Люди были лишены свободы выбора, а может, не сильно хотели. Многим из них не видать трехуровневых снов, а лишь радость проснуться от кошмаров. Бессознательное и Сверх-Я (по Фрейду) должны быть осознаны личностью равномерно и адекватно. Без излишних перекосов. Мне понравилось видеть трехуровневые сны! Позднее я прочитал у Джеймса Холла в работе "Юнгианское толкование сновидений", в отношении "сна внутри сна".

"Истолкование такой усложненной структуры сновидения должно осуществляться очень внимательно, и стандартный подход здесь совершенно неуместен. Такие сны имеют обыкновение слу¬жить примером той правды, которую редко приемлют: процесс индивидуации в своей принципиальной структуре сходен с сотво¬рением «нового мира», а не просто какой-то ревизии эго внутри старого существующего мира. И здесь изменяется не только эго – изменяется вся структура «мира», включая и роль других значимых людей. Здесь кроется и причина того, почему один из супругов становится встревоженным, когда другой предпринимает ана¬лиз, – поскольку это неизбежно означает конец старых отношений; возможно, это и есть более простое (но, как правило, менее ценное) психологическое решение – если движение происходит у одного, а у другого не происходит, или если человек, проходящий анализ, ошибочно отождествляет старый мир со своим супругом/супругой – чем появление большего мира, в который старый мир входил бы как часть и релятивизировался в нем".

Впрочем, в рамках данной работы мы не будем касаться обсуждения и толкования снов пожилых людей и эта моя частичная спекуляция, была нужна как переходный мостик к дальнейшему изложению.


2.2. Способности, гениальность и возраст

Любим поесть и попить, любить и быть любимыми и, чтоб всё это продолжалось некоторое время? "Королева в восхищении!" Это примитивно. Это гениально (может быть в более витиеватой формулировке)! Кстати, стоит подумать о том, что такое гениальность в смысле реальной её нужности каждому из нас.

Гениальность - это высшая ступень одаренности. Б.М. Теплов [119] считал, что одаренность - это качественное сочетание способностей, от которого зависит возможность достижения большего успеха в выполнении той или иной деятельности. Понимание одаренности существенно зависит от того, какая ценность придается тем или иным видам деятельности и что подразумевается под понятием "успешного" выполнения каждой конкретной деятельности. Также Б.М. Теплов считал, что одаренность - это специальная способность и условия, выражающие отношение человека к способности. С.Л. Рубинштейн выделял общую и специальную одаренность. Он считал, что общая одаренность находится "внутри" специальной, которая соотносится с общими условиями ведущих форм человеческой деятельности.

Считается, что между гениальностью и психопатией существует определенная корреляция. Это предположение исходит из того факта, что в скрытой форме те или иные психопатические особенности присущи почти всем "нормальным" людям. При этом, чем более выражена индивидуальность, тем ярче становятся свойственные ей психопатические черты. У высоко одаренных людей, с богато развитой эмоциональной жизнью и легко возбудимой фантазией вероятность развития психопатии возрастает. Чтобы правильно оценить это обстоятельство, надо помнить, что в создании гениального произведения принимают участие два фактора: среда (эпоха) и свойства творческой личности. При этом считается, что лица с психопатическими свойствами личности являются более чуткими к запросам эпохи.

Это важно для понимания места человека, его мотивов и целей, их адекватности в окружающем мире. Отметим переход: гениальность - маргинальность. Чем определяется результативность человеческой деятельности в социуме? Способностями, талантом, трудом, гениальностью?

Кибернетическая концепция развития способностей, одаренности, гениальности и таланта предложена Норбертом Винером. Она строится из овладения человеком "правила логического вывода" (modem ponens), согласно которому, для принятия правильного "одаренного" или "гениального" (талантливого) решения необходимо постоянно оперировать следующим правилом:

"Если из А – следует В и они тождественны (равны по информативности критериев), а из В – следует С и они тоже тождественны, а из С – следует D, то следовательно из А – следует и С, и D, и т.д.".

В качестве замечания, здесь необходимо отметить, что понятие одаренности и гениальности у Н. Винера переходит из раздела психологии в раздел математической логики, которая в настоящее время широко используется в построении компьютерных систем психоанализа и, в частности, оценки способностей человека-оператора (Самохин А.В. и соавторы, 1986) [111].

В этой связи имеет смысл определить понятие работоспособности. Человек имеет неограниченные возможности для создания материальных и духовных ценностей. Для удовлетворения своих потребностей он, руководствуясь соответствующими мотивами, ставит перед собой самые различные цели и может достичь их различными способами. Эти слагаемые создают качественную сторону деятельности человека. Они определяют то единичное и индивидуальное, что специфично именно для данной функцио¬нальной системы. Но не все в деятельности, а только способ¬ность производить сформированное действие следует ввести в состав понятия работоспособности. От этого ограничения оно становится конкретным понятием. "Работоспособность организма – это способность производить сформированные психофизиологические действия" (Тихомиров О.К.) [120].

Работоспособность делает возможным "осуществление самого действия той или иной функциональной единицы, делает ее дей¬ствующей и создает количественное выражение результата этого действия, его и материальное и идеальное воплощение. В ко-нечном итоге работоспособность определяет количественную сто¬рону тех преобразований, которые совершает человек над пред¬метами, явлениями, понятиями и т. д., т. е. определяет коли¬чество того специфического, которое является результатом его профессиональной деятельности.

Существенная особенность деятельности чело¬веческого организма состоит в том, что  непрерывное использование энергетических веществ лимитировано определен¬ными рамками. Это ограничение названо И. П. Павловым пре¬делом работоспособности. Изучая деятельность больших полу¬шарий, он установил, что при непрерывной работе одни и те же корковые клетки могут беспрепятственно использовать толь¬ко определенное количество энергетических веществ. Предел работоспособности – это величина переменная. Дру¬гими словами, работоспособность функциональной единицы име¬ет величину, которая в зависимости от конкретных условий может изменяться в сравнительно широком диапазоне, т. е. увеличиваться или уменьшаться вследствие сдвига предела работо¬способности в ту или иную сторону.

Помимо здоровья, ра¬ционального питания, важнейшим фактором, влияющим на уро¬вень исходной работоспособности, является мотивация. Речь идет о совокупности материальных и моральных стимулов, на ос¬нове которых человек во время трудовой деятельности ставит перед собой конкретные цели, соответствующие данной профес¬сии. Эксперименты и наблюдения показывают, что недоучет мо¬тивации значительно обесценивает цели трудовой деятельности и служит причиной ее осуществления на низком уровне работо¬способности. В силу этого любой рабочий навык, каким бы закрепленным он ни был, дает низкий «коэффициент» полезного действия (Тихомиров О.К.) [120].

Помимо мотивации, на исходную работоспособность влияет возраст, а также и другие факторы. Я вспоминаю, как в свои 95 лет мой дед по отцовской линии колол дрова. Ему это нравилось и было нужно – топил печку (мотивация), при этом ни одного лишнего движения (навык, опыт). Конечно темп работы был невысок, но КПД – замечателен. И дожил он до 100 лет, и перед смертью никому не был в тягость.

В статье Бодалева А.А. и Ганжина В.Т. [20] приводятся, в частности следующие сведения: "Во многих американских фирмах, изготовляющих электронную продукцию, с некоторых пор на ответственные участки ставят работников пожилого возраста, поскольку они более аккуратны, дисциплинированы и более эмоционально устойчивы, чем молодые".

"Наше особое внимание должны привлечь такие случаи, когда в возрасте, далеком, казалось бы, от "лучшей поры", а иногда и в глубокой старости творец вдруг создает свои лучшие произведения (Ремрбрант), или обретает свое истинное лицо (Тернер), или говорит новое слово, намного опережая свое время (Микеланджело, Тициан, тот же Тернер)" – пишет Мелик-Пашаев А.А. [83]. Если бы многие великие художники ушли из жизни, не создав своих поздних произведений, их место в истории культуры было совсем другим.

Интересными, на наш взгляд представляются и вопросы роли морфо-функциональных особенностей головного мозга в развитии способностей, одаренности и таланта, в том числе и в пожилом возрасте.

Так, исследования Н.А. Малиновского были посвящены изучению формирования способностей и одаренности в процессе филогенеза и онтогенеза. Под этими терминами понимается следующее – филогенез (от греческого слова phy'los - род, племя; genesis – индивидуальное развитие организма), процесс исторического развития организмов, их видов, родов, семейств, отрядов (порядков), классов, типов (отделов). Филогенез рассматривается в единстве и взаимной обусловленности с индивидуальным развитием организмов – онтогенезом. Онтогенез (от греческого слова on' или on'tos – род, сущее; genesis – индивидуальное развитие организма), совокупность преобразований, претерпеваемых организмом от зарождения до конца жизни (термин онтогенеза введен немецким биологом Э. Геккелем в 1866 г.).

В процессе этих исследований, проводившихся с помощью изучения послойных срезов коры головного мозга земноводных, рептилий, дельфинов, приматов и умерших естественной смертью людей с различной степенью способностей, Н.А. Малиновским было показано, что их способности (одаренность) тесным образом связаны с плотностью упаковки нейронных ансамблей в коре головного мозга. Автором было доказано, что в процессе онтогенеза плотность упаковки нейронных ансамблей (от земноводных до мыслящих существ, т.е. человека) закономерно нарастает. У одаренных людей, которые достигли творческих успехов и сделали серьезные научные открытия в молодом возрасте, плотность упаковки нейронных ансамблей более рыхлая (математики, физики, лингвисты, переводчики иностранного языка), чем у тех, которые достигли совершенства в зрелом возрасте (врачи), у которых она более плотная. На основании этого, автором сделано оригинальное предположение, что время развития или расцвета способностей и таланта у человека тесным образом связаны с плотностью упаковки нейронных ансамблей в коре головного мозга, в которых "записана" информация. При этом у лиц с рыхлой упаковкой нейронных ансамблей скорость "записи" информации идет очень быстро, что определяет и быстрое развитие способностей и таланта в молодом возрасте. По мере заполнения "информацией" информационных ячеек (нейронных ансамблей) головного мозга, дальнейшее развитие способностей значительно снижается, вот почему наиболее серьезные математические открытия сделаны молодыми, а не пожилыми учеными. У большинства врачей упаковка нейронных ансамблей плотная и запись "информации" в информационные ячейки головного мозга идет медленно, а развитие способностей происходит в зрелом возрасте.

Для определения этого явления автором был использован термин констелляция (constellation – совокупность факторов, вызывающих определенное действие, процесс реализации способностей, одаренности, гениальности и таланта, процесс "записи" информации в нейронных ансамблях головного мозга).

Параллельно с этими работами, проведенными в РСФСР (1928-1939) под контролем НКВД, данной проблемой по решению лидеров фашистской Германии занимались в Берлинском "Институте мозга" и были продолжены группой нейрофизиологов специального института "Anenerbe".

Сущность научно-исследовательских работ, проводимых в этих учреждениях, также как и в работах Н.А. Малиновского, сводилась к изучению послойных срезов коры головного мозга и изучения плотности упаковки нейронных ансамблей у олигофренов, дебилов, имбецилов, эпилептиков, шизофреников и у лиц без психических отклонений. В ходе этих исследований было установлено расслоение или разрежение плотности упаковки нейронных ансамблей в коре головного мозга, что обуславливает клинико-психологические или патопсихологические изменения, свойственные определенной форме нарушения познавательной (конгитивной) деятельности, а следовательно и является препятствием для развития способностей (в целом).

В какой-то степени эти работы нашли свое отражение и продолжение в работах академика П.К. Анохина, посвященных теории развития функциональных систем, которые предвосхитили по глубине понимания работы Норберта Винера (переучивание нервных центров; обратная афферентация или обратная связь в кибернетике и пр.)

Примечание: информация по данному разделу работы представлена, доктором философии, к.м.н., А.В. Самохиным, который поддерживал тесные отношения с секретарем Н.А. Малиновского, зам. главного редактора журнала АН СССР "Природа" В.А. Полуниным.

Указание на большую роль морфо-функциональных особенностей головного мозга в развитии способностей, одаренности и таланта можно найти в работе Н.Н. Брагиной и Т.А. Доброхотовой "Функциональные ассиметрии человека" [23].

Правое недоминантное полушарие головного мозга у правшей имеет отношение к неосознанной психической деятельности, т.е. реализации мышления на уровне чувственных образов и, как предполагается связано с формированием мотивационных установок, долговременной памяти, что способствует быстрому развитию способностей.

Правое полушарие головного мозга в фило- и онтогенезе более древнее, а левое - молодое. Интересно, что у новорожденных в первый год жизни преимущественно функционирует правое, а не левое полушарие (П.К. Анохин).

Как известно, у леворуких (левшей), в противоположность праворуким, доминантным полушарием становится не левое полушарие, а правое, что является генетически детерминированным признаком и, как считается, приводит к быстрому развитию способностей и таланта (леворукость – признак гениальности). Подтверждением этому могут служить многочисленные статистические исследования показывающие, что леворукие люди являются более одаренными и гениальными (например: Леонардо да Винчи, Микеланджело Буонарроти, Поль Гоген, Чарли Чаплин и др.). Вместе с тем, у леворуких чаще развиваются психические нарушения.

Мы не будем детально останавливаться на многих конкретных примерах высокой результативности и гениальности у людей пожилого возраста. Заинтересованного читателя можно отослать к многочисленным обзорам и монографиям (Абрамова Г.С. [1]; Альперович В.Д., [7],[8]; Мечников И.И., [85]; Фролькис В.В., [127])

Напрашивается мысль, что высокая результативность системы (человека) по сути своей маргинальное проявление но, что особенно важно в данной работе, далеко не всегда находится в прямопропорциональной зависимости от возраста, что имеет и морфо-функциональные обоснования.


2.3. Социальная востребованность

Вновь обратимся к средствам массовой информации. Что можно там подчерпнуть о проблемах наиболее социально-уязвимых слоев населения? Вначале есть смысл обсудить само понятие «социально уяз¬вимые слои населения». Кто входит в эту категорию граждан? Это, конечно, и инвалиды, и ветераны и пенсионеры. Но разве инвалиды и ветераны не являются пенсионерами? Являются. Но все ли они находятся в равных условиях и в одинаковом по¬ложении? К сожалению, нет. К тому же из 37 миллионов пенси¬онеров только половина – люди пожилого возраста и находят¬ся на пенсии по старости. Остальные являются пенсионерами по выслуге лет, по инвалидности, за вредные условия труда и т.д. И все они в состоянии еще работать и работать.

Ольга Илюхина [51] пишет, например, что основная идея создания газеты «Я – Пенсионер» заключа¬лась в подготовке тех людей, которые сегодня еще работают, к статусу пенсионера. Как пережить этот переход не только мо¬рально, но и материально? Почему мы всегда обращаем внимание на туристов из других стран? Да по¬тому что это, в основном, люди пожилого возраста. Почему та¬кого нет в нашей стране? Разве мы не должны стремиться к луч¬шему? Но как донести это до сознания нынешней молодежи? Ведь они тоже когда-нибудь состарятся и станут пенсионерами. А как помочь им в том, чтобы не быть уязвимыми, как некоторые сего¬дняшние пенсионеры?

Российская действительность в угоду великим целям позво¬лила развиться в людях такому чувству, как равнодушие к тем, над кем удалось «подняться». Не в плане интеллектуального развития (которое, как правило, предполагает сочувствие, же¬лание выслушать и понять другого), а в плане материального превосходства. Долгие десятилетия внушавшийся нашим со¬отечественникам образ «трущоб Нью-Йорка» помог им со временем довольно-таки спокойно созерцать – как хищника, гоня¬ющегося в аквариуме за мальками, – то, как люди оказывают¬ся за чертой бедности, – сначала реальной, а потом и офици¬альной... И относиться к этому довольно равнодушно, пока са-мих не коснется.

"Давайте вдумаемся, – спрашивает Сергей Авдеев в статье "Мост между двумя мирами" – сколько россиян, для кото¬рых такая жизнь стала нормой, подпишутся под этими строка¬ми?! И совсем даже не глупых, не алкашей и не лентяев. Класс¬ных специалистов, хороших семьянинов. В общем, нормальных людей, ставших лишними в своей стране, ненужными, «не впи¬савшимися» в уютную схему кабинетных стремительных ре¬форм" [3].

Конечно, существенное значение в отягощении ситуации человека вошедшего в пожилой возраст или имеющего инвалидность играют материальные проблемы, но подчас более важным фактором оказываются социальная невостребованность и одиночество.

Существуют различные теории о том, как работать с пожилыми людьми. Одно из представлений основано на модели "потери и дефицита". В соответствии с этим представлением считается, что "с пожилыми следует работать, приспосабливая их к естественным потерям на закате жизни и смягчая чувство горечи от этого" (Bob G. Knight, 1992) [149]. Идея, лежащая в основе этого представления, такова, что болезни и немощь – естественная составная часть жизни и неизбежная, нормальная стадия развития.

Теория, основанная на модели «потери и дефицита», склоняет работающих с пожилыми и инвалидами помочь человеку смириться с его (или ее) усиливающейся немощью и осознать, что от этого никуда не денешься.

Другие, более позитивные теории утверждают, что следует предоставить возможность пожилому человеку справиться с горечью по поводу того, что он потерял, но также, оглядываясь назад, стараться найти новые пути для самого себя. Оглядываясь на прошлые трудности, они находят иное разрешение или черпают в прошлом чувство надежды, которое было свойственно им ранее.

Здесь видятся, как минимум два основных пути. Это семья и вовлеченность в трудовую и социальную активность. Давайте снова обратимся к Эрику Эриксону. Александр Эткинд в книге "История психоанализа в России" [140] пишет, что два классических исследования, написанных пси¬хоаналитиками о русских это монография Фрейда о Панкееве и эссе Эриксона о Горьком, – останавлива¬ются на теме воспитания детей нянями и бабушками как на одной из главных.

У Эриксона бабушка – доминирующий образ в окружении маленького Алеши. Он видит в ней образ утерянного рая, существования вне времени, которое считает характерным для русских. Бабушка – символ политической апатии России, сущность ее неподвижности, причина детской доверчивости ее народа. "Возможно, она – то благо, которое позволяет Кремлю ждать, а русским людям – ждать еще дольше", – саркастически замечал Эриксон в 1950 году [138]. По его мнению, для крестьянской России была характерна "диффузия материнства", так что ребенок предохра¬нялся от "исключительности материнской фиксации" и получал "целый репертуар дающих и фрустрирующих материнских образов" – бабушек, нянь, теток, соседок и пр. Это делает мир "более надежным домом, так как материнство не зависит в этом случае от уязвимых человеческих отношений, но разлито в самой атмос¬фере".

Согласно эпигенетической концепции в пожилом возрасте (восьмая стадия по Эрикиксону) происходит следующее. Восьмая психосоциальная стадия развития личности в возрасте свыше 64 лет до смерти (поздняя зрелость: эго-интеграция - отчаяние). На этой стадии пожинаются плоды прожитой жизни. При положительной компоненте человек обретает покой и уравновешенность как следствие целостности своей личности, а при негативной компоненте - как итог путанной жизни человек обречен на отчаяние.

Практически во всех культурах этот период знаменует начало старости, когда человека одолевают многочисленные нужды. Ему приходится приспосабливаться к ухудшению здоровья, к уединенному образу жизни и более скромному материальному обеспечению, к смерти родственников, а также к установлению отношений с людьми своего возраста. В этот период внимание от проблем будущего к прошлому опыту. По мнению Эрика Эриксона [151], для последней стадии зрелости характерен не новый психосоциальный кризис, а суммирование, интеграция и оценка всех стадий развития эго.

Чувство интеграции эго проистекает из способности человека положительно оценить свою прошлую жизнь, включая брак, детей, внуков, карьеру, достижения и социальные отношения. Неотвратимость смерти их не страшит, поскольку они могут себе сказать "Я доволен прожитой жизнью". Такие люди видят продолжения себя в потомках или творческом наследии. Э. Эриксон полагает, что только в старости приходит настоящая зрелость и мудрость старости относительно всех знаний приобретенных человеком на протяжении жизни в одном историческом периоде, а также осознание безусловного значения самой жизни перед лицом смерти.

В противоположном положении находятся люди, относящиеся к своей жизни как постоянным ошибкам и череде нереализованных возможностей. Такие люди на закате жизни начинают осознавать, что уже слишком поздно начинать все сначала или искать какие-либо новые пути, чтобы ощутить целостность своего "Я". Отсутствие интеграции у этих людей проявляется в страхе смерти, постоянной озабоченности тем, что "может случиться".

Отчаяние означает, что осталось слишком мало времени для выбора другого пути к целостности, поэтому пожилые люди пытаются приукрасить свои воспоминания о прожитом.

Эриксон выделяет два наиболее характерных типа настроения у пожилых людей. Первый тип - это раздражение и негодование, а второй - сожаление о том, что жизнь нельзя прожить заново, отрицание собственных недостатков и дефектов путем проецирования их на внешний мир.

У пожилых лиц очень часто развиваются тяжелые формы психопатологии, сопровождающиеся чувством горечи и сожаления. Такие формы психопатологии могут проявляться в старческом слабоумии, эндогенной депрессии, ипохондрии, параноидальных реакциях и сильной агрессии.

Касаясь вопросов психосоциальной реабилитации пожилых лиц, Эрик Эриксон настаивает на том, что они должны активно участвовать в воспитании внуков, политике, проводить оздоровительные физкультурные программы. Иными словами они должны быть заинтересованы в сохранении своего "Я", должны больше, чем просто размышлять о своем прошлом.

С некоторой иронией Александр Эткинд в книге "Эрос невозможного" [140] пишет: "Русская культура переполнена нянями и бабушками, начиная, по крайней мере, с Арины Родионовны, зна¬менитой няни Пушкина. Абсурдный ее образ как истинной музы, вдохновительницы и наставницы велико¬го поэта настойчиво внедрялся в массовое сознание русских гимназистов и советских школьников. Инсти¬тут няни, как и особая привязанность к поколению прародителей, глубоко укоренен в русской националь¬ной традиции. Лежащая за этой традицией и формируемая ею психологическая структура, столь отличающаяся  от  общеевропейской  и,  особенно, американской, привлекала внимание психоаналитиков сразу, как только они задумывались о России.

Няня – профессионал в деле воспитания, подобно проститутке в деле секса. В ней должно быть умение, любовь же не является обязательной. Ее профессио¬нальный и монопольный контроль куда более эффекти¬вен, чем контроль занятых своими делами и несоглас¬ных друг с другом родителей. Старчески бесполая, она лишена как эротической привлекательности матери, так и отцовского либидо, стимулирующего рост и вызывающего к соревнованию. Она может дать ребенку од¬но, но это она делает надежно и эффективно: приобщение его к ценностям традиционной крестьянской культуры. В межпоколенной трансляции традиционной культуры и состоит функция нянь. Смягчая и заглушая культурные девиации интеллигентных родителей, няня заставляет каждое поколение начинать свой поиск сна¬чала – с нулевой точки замороженной крестьянской традиции".

"Вовсе не университеты вырастили настоящего рус¬ского человека, а добрые безграмотные няни", – с иронией и удовольствием констатировал Розанов. А в другом на-строении обращался к ним же за спасением: "Старые, милые бабушки, берегите правду русскую. Берегите; ее некому больше беречь" (Розанов В.В.) [105].
Замечу, что о "старческой бесполости" няни, и вообще пожилых людей, можно, как минимум подискутировать.

2.4. Брачно-семейные и половые взаимоотношения в пожилом возрасте

Говорят, что я стара,Только мне не вериться.Ну какая ж я старуха?Во мне все шевелится!Народная частушка.

На наш взгляд сексуальные отношения необходимы (и, в какой-то мере неизбежны) в любом возрасте и при любом состоянии здоровья человека. Может быть пожилым даже более чем молодым, учитывая некоторые ограничения в социализации. Вопрос, пожалуй, только в форме.

Иоганес Кемпер [53] приводит высказывание пациентки, 82-летней женщины: "Всю свою жизнь я была убеждена, что, если прекра¬тится секс, прекратится и жизнь. Он всегда с нами, в форме фантазий, представлений, онанизма. Никогда не случится так, чтобы мы уставали от этого и желание ушло. И славу Богу!"

К объективно существующим условиям надо психологически приспособиться. Старение начинается в моло¬дости. Это относится и к сексуальности. Но хотя тело меняется, желание остается, и не надо думать, что желание то¬же старится.

В этом контексте, мы несколько произвольно рассматриваем пожилых и инвалидов вместе. Однако, объединение пожилых и инвалидов в одну группу целесообразно не только по признаку социальной незащищенности, но и по общности проблем. Кроме того, исходя из нашей практики работы в обществе инвалидов и пенсионеров четко отмечено, что "смешанные" группы на тех или иных мероприятиях получаются более "живыми", с повышенным внутригрупповым интересом.

По нашему мнению невозможно не учитывать специфику нашей страны в проблемах семейных взаимоотношений. Александр Эткинд [140] в истории психоанализа в России писал: "А. Белый похоже выводил свою "диалектику" из детской своей потребности пре¬одолеть "ножницы" между собой и родителями, между отцом и матерью, между разными авторитетами (А. Белый. "На рубеже двух столетий"). Такая "диалектика", примиряющая и смешивающая противоположности жизни, будто они не существуют, – это и есть амбивалентность чувств, так удивлявшая Фрейда в русских. Пройдет не так уж много времени, и именно "диалектика" станет логической основой и оп¬равданием того интеллектуального произвола, который примет формы советской государственности".

И очень похоже, что мы сейчас как раз и заняты психологическим преодолением ЭТОЙ "диалектики" и двойной морали столь характерной для нашей страны. "Добровольное изнасилование" граждан государством, тоже форма половой девиации требующая психотерапевтического подхода.

Няни, империя, секс и его отсутствие, тоталитаризм, советская педагогика, половые девиации, мошенничество и манипуляции, возведенные в ранг нормы, непонятная ответственность непонятно за что, отсутствие индивидуального подхода к человеку, наркомании – какой-то чудовищный коктейль. И далее, по логике вещей, если материнство не индивидуа¬лизировано, то отцовства просто не существует; если степени материнства разлиты в атмосфере, то отцовст¬во – не более чем символ. Не знаю хорошо это или плохо, но постоянно сталкиваемся с этим и в жизни и на практике.

И все же партнерские отношения, в том числе и в сексе, составляют основу человеческих взаимоотношений, даже в случае дезактуализации репродуктивной и воспитательной функций. Процитируем отечественного врача-психотерапевта Николая Нарицына: "Как выясняется, самая наболевшая проблема в общении – это взаимоотношения двух полов, в частности – взаимоотношения семейные". С чем мы полностью согласны.

Эта тематика приобрела в конце XX – начале XXI века все большее звучание и в отечественной литературе, как научной, так и публицистической. Средства массовой информации ставят и пытаются ответить на многие животрепещущие вопросы в отношении пожилых и инвалидов. Появлялся ряд специализированных изданий направленных на проблемы этой категории граждан: газеты «Ветеран», «Достоинство», «Надежда», «Наше право», «Русский инвалид», «Феникс», «Я – пенсионер» и др. Журнал "Социальная защита" публиковал специальное приложение "Секс для пожилых и инвалидов", по телевидению эта тема обсуждалась в программе "Про Это" и др.

В нашей стране, в которой "секса как бы не было" долгие годы эта проблема нуждается в особо тщательном подходе. А совсем не в том оголтелом извращенно семейном и сериально-рекламном телевизионном и литературном бреде, которым уже переполнены средства массовой информации. «Садо-мазо» – детская игрушка в сравнении с этим … не найду точного слова – нашествием вранья и гадости. Однако, я отвлекся.

По мнению западных исследователей, понятие сексуальности не сводится только к поло¬вым отношениям. Шнайдер (Schneider, H.D., 1980.) в своем исследовании [155] указы¬вает на доминирующую роль нежности в пожилом возра¬сте, а Риди и др. (Reedy, M.N., J.E.Birren & K.W.Schaie, 1981.) путем анкетирования установили, что генитальная сексуальность при старении играет меньшую роль, но зато возрастает значение ощущения надежности и понимания [153].

И все же, пишет Динора Пайнз [43], "чувство утраты неизбежно испытывают оба пола, и печалью о детстве, прошедшей юности и молодости устлан путь к новой жизненной фазе. Для женщины особенно тяжелы телесные признаки и симптомы старения – приливы, высыхание кожи и слизистых оболочек… старение ассоциируется с завершением репродуктивного периода. Некоторые женщины, у которых продолжа¬ются менструации после наступления заведомого бесплодия, радуются им как знаку того, что они все еще молоды и желанны".

Вспомним пожилого мужчину с которым я в юности разговаривал в больнице (см. гл. 2.1.). В дальнейшем мне, уже как врачу-урологу, не раз приходилось сталкиваться с постановкой вопроса о возможности половой жизни от пожилых пациентов, как одной из принципиальных, в смысле прогноза предстоящего лечения (Игнашин Н.С., Нехорошев М.П., Дмитриев Н.Н. [50]; Нехорошев М.П., Самохин А.В. [94]).

Заметим, что порой не хирургическое, не медикаментозно-терапевтическое лечение, а скорее обычное человеческое внимание и эмпатия, т.е. психотерапевтическое воздействие позволяло добиться значимого для пациента результата. Я вспоминаю бабушку, пришедшую на прием с девочкой, страдавшей энурезом и кожными высыпаниями, по типу псориаза. Они безрезультатно "ходили по врачам" полтора-два года. Неформальный, сейчас я бы сказал – эмпатический сбор анамнеза, тестирование и часовая беседа, в том числе о семейных проблемах, привели к неожиданному для меня результату. На следующем приеме я был спрошен: "Доктор, что Вы сделали? У девочки все прошло!" А я-то после первого приема мучительно думал, как и чем помочь ребенку. Не будем вдаваться в психоаналитический разбор этого и многих других подобных случаев со взрослыми.

Во многих научных руководствах и пособиях по сексологии и сексопатологии (см. например, М. Яффе и Э. Фенвик [147], [148]) сексуальным отношениям в пожилом возрасте уделены специальные разделы.

Психотерапия пожилых, страдающих сексуальными нарушениями, в принципе возможна (Кемпер Иоганнес [53]). Однако ожидать тех же высоких результатов, что и при коррекции сексуальных нарушений более молодых пациентов, не следует. Для пациентов всех возрастных групп сексуальность играет боль¬шую роль, но при лечении пожилых следует помнить о большей продолжительности данного нарушения, и при коррекции методом психоанализа лишь половина пациен¬тов могут рассчитывать на более или менее удовлетвори¬тельную способность к половой жизни.

И все же значимость контактов, в том числе и телесных в пожилом возрасте трудно переоценить, иногда это реализуется в "тисканьи" внуков и правнуков, иногда только на вербальном уровне в разговорах с молодежью. Но нам видится, и это доказывает реальная практика встреч на различных мероприятиях пожилых и инвалидов, что для создания реальной службы знакомств для пожилых и инвалидов есть достаточно веские основания и отчетливая потребность. Пожалуй, лишь сомнительная рентабельность такой службы является тормозом в развитии такой сети. Но это еще как посмотреть…


2.5. Близость смерти и психоделический опыт

Пожилым знакома реальность смерти. Им становиться очевидным, что единственное, что у нас есть – это момент, в который мы живем.

Пожилые люди более подготовлены к концу жизни и, в результате, они рассудительнее, чем молодые говорят о смерти. Опыт позволяет им хорошо понимать, что представляют собой люди.

Никто из нас не застрахован от имущественных потерь, не¬приятностей по службе и в личной жизни. Кое-чего можно избежать, но совсем безбедно прожить не¬возможно. Каждый из нас несет тяжелые потери – потери самых близких людей. Практически закономерно каждый из нас теряет родителей. К сожале¬нию, нередко у некоторых гибнут дети. Хорошо, если повезет, и ты умрешь раньше своей половины, а если не повезет, то придется пережить и смерть супруга/супруги (Литвак М.Е., Мирович М.О.) [74].

Далее речь пойдет о горе, которое возникает после гибели самых близ¬ких людей. Следует уметь перенести его самому и помочь в этом ближнему. Одна из наиболее значительных книг, где рассмотрены реакции на тяжелые утраты, принадлежит перу Элизабет Кублер-Росс (Kűbler-Ross, 1982) [152], врача, специализировавшейся в работе с людьми, находящимися в ожидании смерти, и с их близкими. Она высказала много важных мыслей относительно угасания и смерти и переживания людей в этой связи. Она выделяет пять стадий,  пройденных смертельно больными людьми, с которыми она работала.

Хотя эти стадии были замечены доктором Кублер-Росс во время ее работы с умирающими пациентами, такие же стадии можно выявить в любой жизненной ситуации перенесения потери. Важно обратить внимание, что не каждый человек проходит все стадии и не в том же самом порядке.

1. Отрицание: «Нет, это не могло произойти со мной».

Зачастую первая реакция на серьезную потерю именно такова. Иногда человек отказывается признавать новую ситуацию и даже ведет себя так, будто ничего не случилось.

2. Ярость и гнев: «Почему это произошло со мной?».

Когда потеря осознана, гнев и неистовство могут обрушиться на человека или людей, кажущихся повинными. Или гнев и горечь могут изливаться на мир вообще. Или же гнев может обратиться во внутрь, и человек будет переносить муки вины и казнить себя сам.

3. Торг: «Да, это – со мной, но ...».

Попытка получить еще один шанс, уйти от заведомо неизбежного результата или оттянуть время исхода.

4. Депрессия: «Да, меня».

Это – время траура по тому, что было потеряно. Это – время высказать сожаления о том, что могло бы быть. Нередко, это – время ухода от других, поскольку скорбящий человек замыкается в свою печаль.

5. Принятие: «... теперь все в порядке».

Это ни счастливое, ни несчастное время. Это – время смирения и прощания. Может появиться потребность сказать до свидания и даже отметить, что мы обогатились новым опытом. Осознание того, что смерть неизбежна и неотвратима для всех.

Немало пожилых клиентов (часто алкоголики и наркоманы или тяжелые соматические или психические больные), как бы «социально умирают» еще при жизни. Становясь обузой и источником (часто крайне агрессивным) тяжелых страданий для близких, окружающих и, наконец, для себя самих. И все же мир един. И тот же самый алкоголь и даже наркотики не являются абсолютным противопоказанием для счастливой и полноценной жизни человека.

Более того, в терминальных стадиях болезни люди, получающие наркотики не только временно избавляются от мучительного болевого синдрома, но и на всю оставшуюся жизнь приобретают новый опыт, который в какой-то мере подготавливает их к "переходу". Давайте еще вспомним культуру Востока и тамошних стариков с кальянами.

Это весьма неоднозначная тема, так Чудновский В.Э. в статье "К проблеме адекватности смысла жизни" [134] пишет: "… целесообразно иметь в виду различные проявления неадекватности смысла жизни: смыслы-эрзацы, которые как будто дают возможность человеку легко и быстро достичь удовлетворения жизнью, минуя трудности поиска ее подлинного смысла. По данным ряда исследователей 90% случаев тяжелой хронической алкоголизации и почти 100% наркомании связаны с утратой смысла жизни". "Если у человека нет смысла жизни, – пишет Виктор Франкл [123], – он пытается добиться ощущения счастья в обход осуществления смысла, в частности, с помощью химических препаратов". Постепенно достижение чувства удовлетворенности с помощью наркотиков становится смыслом жизни и в конце концов может приводить к "духовной анестезии".

Заметим, однако, что утрата смысла определяется все же как причина, а не как следствие алкоголизации и наркомании. Здесь мы не обсуждаем криминальный аспект проблемы (втягивание детей и подростков, "посадка на иглу", нелегальная торговля и использование и т.д.)

Опыт психоделического переживания изменяет отношение к жизни и смерти, переводя его на более высокую ступень (Гроф С., [39]; Лири Т., Метцнер Р., Олперт Р., [73]; Маккенна Т., [79]; Налимов В.В., Дрогалина Ж.А., [93]; Уилбер Кен, [122]).  Один из препаратов (кетамин/кеталар/калипсол), широко применяемый в медицинской практике для краткосрочного наркоза, обладает побочным психоделическим (ЛСД-подобным) действием. Сразу подчеркнем, что здесь нет рекламы наркотиков. Но не использовать побочный эффект медицинского препарата "во благо" было бы, как минимум, неразумно. Так же это не имеет никакого отношения к эвтаназии.

Мне неоднократно приходилось беседовать с пациентами, проделавшими с помощью кетамина "путешествия  за пределы мозга и сознания". Этот опыт обогащает и не приводит к наркотической зависимости, даже в значительной мере изменяет отношение к алкоголю и наркотикам.

Здесь мы снова вспомним слова Станислава Грофа, который многие годы занимался ЛСД-исследованиями. «Концептуальная фрагментация мира, характерная для механистической науки, порождает серьезную дисгармонию, несет в себе опасные последствия. Ей свойст¬венна тенденция не только разделять то, что неделимо, но объединять то, что не соединимо, и создавать искусственные структуры — национальные, экономические, политические и религиозные группы. Заблуждаться относительно того, что различ¬но, а что нет, означает заблуждаться относительно всего. Неизбежным результатом является эмоциональный, экономический, политический и экологический кризис» [39]. Задуматься над этим и ярко себе представить такое без помощи психоделиков или специальных медитативных техник крайне затруднительно.

Журнал "Playboy" за октябрь 2000 приводит интервью с Тимоти Лири в сентябре 1966 года. В статье в частности рассказывается об экспериментах с добровольцами из числа заключенных государственной тюрьмы "Конкорд". 90% заключенных, прошедших психоделические сеансы, свидетельствовали о глубокой переоценке ценностей и мощной внутренней трансформации, а впоследствии вернулись к нормальной жизни и не совершали повторных преступлений.

Кроме того, Т. Лири в своем интервью говорит, что один из великих уроков ЛСД состоит в следуюшем: каждый мужчина содержит в себе сущность всех мужчин, и каждая женщина содержит в себе сущность всех женщин. "Это единственная причина, по которой я был исключительно моногамен, принимая ЛСД в течение последних шести лет. Моральные ограничения тут не при чем".

Когда Лири был поставлен смертельный диагноз рака предстательной железы, он сообщил родственникам и друзьям, что будет исследовать процесс умирания, точно так же, как исследовал психоделические и кибер-пространства – без оглядки и с юмором. Его последняя книга, вышедшая уже после смерти, имеет символическое название "Проект умирания".

К сожалению, пока преждевременно в рамках практической (даже медицинской) психологии внедрять возможности психоделических тренингов в нашей стране. Но всерьез обсуждать эту тему, в стране, лишенной веры, столь подверженной алкоголизму и наркомании уже пора. Но это тоже тема отдельной работы.

Если Вы работаете с пожилым человеком, Вы должны знать, что с ним может происходить и, кроме того, учитывать, что для него или ее,  перспектива смерти, вероятно, более реальна, чем для молодого человека. Это – трудная и болезненная область, так что полезно разобраться в  своем собственном отношении к этой теме.

Мэгги Комли [56] пишет, что в работе с пожилыми и инвалидами психологу очень важно иметь возможность общения с опытным супервизором. "Я старалась объяснить свои двойственные чувства относительно полной зависимости и болезни, физической инвалидности и смертности. Это были непростые вопросы, это я уже поняла по себе самой".

Подход к учебе и формы мышления практиканта указывают на сфе¬ры одаренности и компетентности, одновременно свидетельствуя о спе¬цифических проблемах клинической практики и учебного процесса. Для преодоления помех к обучению, связанных с невротическими и характерологическими проблемами, часто бывает необходимо провести курс личной терапии или психоанализа, поскольку возможности для их рассмотрения и модификации на супервизиях бывают весьма ограни¬чены. Тем не менее, мы считаем, что супервизор принимает участие в определении и решении учебных проблем учащихся по мере их воз¬никновения в клинической работе (Джейкобс Д., Дэвид П., Мейер Д. Джордж) [42].

Терапевту приходится терпеть унизительные замечания пациентов по поводу своей профессиональной компетентности, не прибегая к обще¬принятым методам самозащиты. Терапевт старается выдержать кри¬тику пациента и использовать ее для понимания пациента. В тех слу¬чаях, когда практикант не достигает успеха в своих попытках использо¬вать в терапевтической ситуации интуицию или саморефлексию вместо контратаки или отступления, он воспринимает ситуацию как крушение его здорового нарциссизма.

Отметим что те, кто работает с пожилыми людьми регулярно соприкасаются с реалиями старости и смерти в то время, когда они, возможно, еще не задумались над собственной старостью и смертью. Работа помогает им задуматься над собственным будущим. Психологу, работающему с пожилыми и инвалидами, самому просто необходимо пройти курс у психоаналитика или специализированный тренинг.

Очень важно предельно честно ответить себе на главный вопрос: "Почему я хочу этим заниматься?". Мотивации могут быть разными. Их не надо стыдиться или бояться, их надо осознавать и учитывать. Важно, что во многом от этого будет зависеть успешность вашей деятельности.

Глава 3

ФУНКЦИИ ПСИХОЛОГА И СОЦИАЛЬНОГО РАБОТНИКА В РАБОТЕ С ЛЮДЬМИ ПОЖИЛОГО ВОЗРАСТА И ИНВАЛИДАМИ

3.1. Опыт НКО. Семинар, конференция и тренинг.
В моей собственной практике встречалась немало пожилых людей – инвалидов, в том числе по психическим заболеваниям, тем не менее оказывающих сами существенную помощь в работе организаций с пожилыми и инвалидами. Только в настоящее время не менее сорока добровольцев вовлечены в работу Центра социальной интеграции инвалидов и пенсионеров. Это и есть конкретная реализация принципа: "Помоги себе сам".

Двенадцать лет назад на заре перестройки мы организовали общественную организацию для оказания социальной помощи пожилым и инвалидам. В рамках этого проекта мы прошли много ступеней и создали ряд конкретных направлений.

Оказание патронажной медико-социальной помощи одиноким пожилым людям на дому и бесплатная столовая в одном из микрорайонов Москвы, где около 30 пожилых людей ежедневно находят себе не только дополнительное питание, но и общение.

Организация работы литературно-поэтического объединения «ДРУЗА». Около сорока человек – инвалидов-колясочников, инвалидов по психическим заболеваниям и других, в возрасте от 20 до 70 лет, регулярно собираются на занятия по поэтике, обсудить актуальные темы; их стихи составили два поэтических сборника, готовится третий.

Организация посещения пожилыми людьми концертов, спектаклей, возможности встретиться за столом, поговорить, спеть под гитару, гармонь. Многие одинокие старики были лишены даже этого без помощи благотворительных организаций.

Вообще позитивная роль искусства и творчества в коррекции психологического состояния обсуждалась уже не раз (Крупник Е.П., [69]; Мелик-Пашаев А.А., [83]; Петрушин В.И., [101] и др.), здесь нам важно отметить, что существуют реальные и относительно недорогостоющие эффективные возможности в дополнительной социализации пожилых людей и инвалидов. Хотелось бы в дальнейшем посвятить этому специальное исследование.

Реализация программы инвалидного туризма - "Инватур". Инвалиды-колясочники совершают дальние туристические походы, альпинистские восхождения. Спортивно-туристический инструктаж и оказание организационно-методической помощи людям с ограниченными возможностями.

Оказание бесплатных правовых консультаций пожилым, инвалидам и другим малообеспеченным слоям населения. Консультации по семейным, жилищным, трудовым, бытовым и пенсионным вопросам. Правовая и юридическая поддержка при подаче заявлений, исков, ведению дел в суде.

Методические консультации пожилым и инвалидам по физической активности, питанию, рациональному решению бытовых и социальных проблем.

Доступность получения различной справочной информации, включая правовые и юридические аспекты, психологическую поддержку для пожилых и инвалидов по телефону.

Обсуждение проблем филантропии и благотворительности, пожилых, инвалидов и других социально-уязвимых слоев населения в средствах массовой информации с использованием собственного издания "Вестник благотворительности".

Старость подкрадывается незаметно, а инвалидность порой приходит нежданно.  "Можно ли сделать так, чтобы инвалид был свободным?" - риторически спрашивает один из инвалидов-колясочников, принимающий участие в программе "Инватур". По его собственному мнению ответ будет положительным при трех условиях: 1) разрушить внутри себя негативные комплексы, связанные с физическим недостатком, 2) почувствовать в себе уверенность, 3) найти единомышленников для взаимной поддержки и помощи.

Как-то в Германии мне случилось посетить мастерские, где работали инвалиды с сочетанной физической и психической патологией. Вот где можно было действительно удивиться. Людям, которым даже в обычной жизни необходима постоянная помощь в быту, созданы условия для социально полезной работы, которая им оплачивалась. К сожалению, пока мне трудно себе представить возможность организации такого дневного стационара в нашей стране (здесь действительно требуются существенные финансовые инвестиции), но хотя бы есть к чему стремиться. И становиться понятно, что нет ничего невозможного. Всем людям можно и нужно работать, обзаводиться адекватным социумом, в том числе и семьей и просто жить.

Материальная составляющая работы с социально-уязвимыми ("нерентабельными") слоями населения - тема отдельного обсуждения. Но можно отметить, что при грамотном подходе разрешение вопросов трудоустройства пожилых и инвалидов может оказаться и социально-значимым и прибыльным делом.

Ниже приведен ряд цитат из наших семинаров, высказываний в средствах массовой информации, документов посвященных социальной работе. Я приношу всем авторам свои извинения, в связи с тем, что в данном случае они не сопровождены ссылками – это сделано умышленно – дабы они выглядели как некий социальный пейзаж, фон иллюстрирующий обсуждаемые вопросы.

"Психологическая работа с населением становится приоритетней хотя бы из-за того, что материальная и социальная помощь пока явно недостаточны, а фактор нестабильности жизни влечет за собой повышенную потребность людей в психологической поддержке. Если социальные работники, не могут накормить досыта, вылечить, следует пытаться укреплять нравственные силы, для того чтобы люди могли жить, сохраняя достоинство".

"Ведущим фактором профессиональной пригодности в деятельности социального работника является эмоциональная устойчивость; чужое несчастье наблюдать трудно, особенно когда не можешь оказать полноценную поддержку, а как сохранить себя от нервного истощения, психосоматических заболеваний, когда мы или наши близкие зачастую подвергаемся таким же трудностям и испытаниям, как и наши подопечные. Нестабильность эмоциональной сферы проявляется в резких перепадах настроения, повышенной  раздражительности".

"Главным достижением индивидуальной работы, например, с пожилыми людьми, можно считать помощь в обретении человеком какой-то новой цели в жизни – будь то творчество или такие простые и важные цели, как уход за беспомощным соседом, или, например, выра¬щивание комнатных растений".

"Основные проблемы пожилых людей, которые выявились при индивидуальном консультировании и в групповой работе, это – сужение круга общения, социальная и трудовая невостребованность, отсутствие, неясность целей, смысла жизни, проблема досуга, передачи жизненного опыта, семейные и су¬пружеские проблемы, ухудшение здоровья: психосоматические заболевания, бессонница, неврозы, ослабление памяти, внимания, сексуальные, эмоцио¬нальные проблемы".

"Общение в группе помогает людям понять, что их проблемы свойственны многим, а общение может избавить от мучительного чувства беспомощности и одиночества".

"Патронажные сестры оказывают клиентам не только физическую помощь, но и психологическую поддержку. Трудности общения с бывшими репрессированными, отсутствие навыков оказании первой медицинской помощи тяжело больным инвалидам выявили необходимость  организации  и  проведения специального обучения персонала".

"Совместно с центрами социального обслуживания Москвы организована группа патронажных сестер из девушек – старшеклассниц, ухаживающих за старыми, больными, одинокими людьми, живущими по соседству. Юные волонтеры помогают старикам в ведении домашнего хозяйства, покупают продукты и лекарства, сопровождают к врачу и на прогулке".

"Произошло изменение материальной базы стариков. В традиционном обществе они жили на базе семейной собственности. В развитых странах в настоящее время только 20-30% живут на базе семейных накоплений. Ранее, до второй половины ХХ века старики не рассматривались как дискриминационная группа. В настоящее время они перешли в "группу меньшинства", т.к. целиком зависят от государства и благотворительности общества".

"Произошло изменение социального статуса пожилых и старых людей в странах с европейским уровнем. Общества с уважаемыми стариками, исключая развивающиеся страны, не существует. Они перестали быть носителями знаний, «светом общества».

"Пожилые перестают быть "воспитателями" и "добытчиками". Их роль в обществе весьма неопределенная и расплывчатая, что дезориентирует их и лишает опоры. Социально-экономическая зависимость пожилых в своей семье и в обществе приводит к образованию маргинальных групп пожилых и стариков".


3.2. Социально-психологическая помощь пожилым и инвалидам

Получается некое смешение: мы все отчасти двуполы, инвалиды, возраст и материальное благополучие – понятия весьма относительные, хотя бы с точки зрения социальной значимости человека и его внутреннего ощущения комфорта, смысла, счастья наконец. Даже не говоря о трансцендентной ценности человеческой жизни.

"Черные физиологи" из инквизиции, гестапо, НКВД и т.д., можно сказать, практически доказали, что с использованием альтернативных физических и моральных страданий, человека можно довести, иногда почти безвозвратно до полуживотного состояния или лишить его рассудка. Подчеркиваю, страданий в какой-то мере альтернативных, то есть зависящих от поведения и решений человека. В пожилом возрасте и при инвалидности человек такой альтернативой не располагает. Можно сказать, что старость и болезнь зачастую могут выступать в роли самых безжалостных (точнее неумолимых) наших палачей. И как это отражается на психике человека?

В 1942 г. австрийский психиатр и психолог Виктор Эмиль Франкл попал в концентрационный лагерь, где находился до 1945 г. Но и там он проводил психотерапевтическую работу. Результаты ее обобщены в ста¬тье "Психолог в концентрационном лагере". Невозможно не поражаться мужеству этого человека, который в невыносимых условиях, страдая сам, продолжал свое дело. Этот человек мог написать, что у личности всегда есть свобода выбора. После войны он убедился, что проблема смысла жизни в обществе материального благополучия стала еще более острой, и "каждому времени требуется своя психотерапия".

Стремление к счастью само по себе не может быть смыслом человеческого существования. Человек, который отчаянно рвется к счастью, самим своим рвением отрезает себе дорогу к нему. Как только я постигаю какую-нибудь ценность, тут же осознаю, что она существует сама по себе. Любой предмет привлекателен, пока ты не стал им обладать. Так, например, привлекательность сексуального партнера существует до тех пор, пока человек находится в состоянии сексуального возбуждения. После ослабления этого чувства начинает казаться, что парт¬нер потерял привлекательность или даже никогда ее не имел.

Надо показать пациенту, что положение челове¬ка, его профессия абсолютно ничего не значат. Ре¬шающим является то, как он работает, справляет¬ся со своим кругом обязанностей. Обыкновенный человек, действительно справляющийся со своим кругом обязанностей и задачами, которые ставит перед ним его положение в обществе, несмотря на "маленькую" жизнь, более велик, чем "великий" государственный деятель, безнравственные решения которого могут нести большое зло.

Жизнь челове¬ка никогда не может быть бессмысленной. И он обязан реализовывать ценности до последнего мо¬мента своего существования. И пусть возможнос¬тей для этого у него немного, ценности отношения остаются для него всегда доступными.

Социологические законы не мешают проявлять¬ся свободе воли. Они просто определяют границы. В них всегда имеются области индивидуального пользо¬вания. Ценности переживания – восприятие при¬роды, искусства – остаются в распоряжении инди¬вида даже при полном одиночестве и являются принципиально личными. Ценности переживания могут опираться на широкие сообщества (дружба, солидар¬ность и т.п.) и на более узкую основу (сексуальное партнерство).

Смысл относителен, поскольку речь идет о конкрет¬ном человеке. Но Виктор Франкл [123], например, предпочитает говорить не об относительности смысла, а о его уникальности. У каждого человека свой смысл. И врач должен не навязать больному смысл, а помочь найти его. Жизнь каждого человека уникальна. Точно и сжато это ска-зано еврейским мудрецом Гиллелем, жившим две тысячи лет назад: «Если я не сделаю это – то кто сделает? И если я не сделаю это прямо сейчас – то когда же мне это сделать? Если я сделаю это для самого себя – то кто я?» Человеческое сердце не находит себе покоя и не найдет, пока не найдет смыс¬ла и цели жизни.

Мы можем ошибаться, но возможность ошибки не избавляет нас от принятия решений. Это вле¬чет за собой терпимость к другому мнению. Быть терпимым – не значит при¬соединяться к верованиям другого, но это значит позволить другому верить в свою собственную со¬весть и подчиняться ей.

Следовательно мы не должны навязы¬вать клиенту, а особенно человеку, который пере¬живает острое горе, ценности, а направить его к его собственной совести. И только при угрозе суицида он может нарушить нейтралитет. Ибо суицид – это всегда ошибочное решение совести. Никакой психотерапевт не может сказать, что у него есть готовые решения. Смысл необходимо найти, он не может быть дан. Пациент должен найти его сам, и найти спон¬танно. Мы только убеждаем больного, что смысл есть. И мы должны научить его, как найти этот смысл, и помочь в этих поисках. Психолог, психоаналитик – не моралист и не интеллектуал. Он только проводит анализ переживаний простого человека, а это всегда возмож¬но. Кто не может найти смысл в любви или творче¬стве, тот может найти его в страдании. Тогда и тя¬желое положение можно превратить в триумф или героизм.

Есть еще один существенный аспект психологической помощи инвалидам, я бы сказал обратный предложенной выше гипотезе, согласно которой мы все инвалиды в индивидуально-психологическом плане. Мы столкнулись с ним, когда в рамках сотрудничества с Международной социальной службой (International Social Service) занимались вопросами усыновления иностранцами детей из приютов в России. Как известно иностранные граждане часто усыновляют и удочеряют детей с различной степенью инвалидности.

В одном из случаев супружеская чета из Новой Зеландии, уже имеющая одного ребенка удочерила девочку А. из специального интерната (тип 8), где содержатся дети с "олигофренией в степени дебильности". Вследствие ошибки агентства по усыновлению (супруги хотели удочерить одинокую девочку), уже в ходе юридической процедуры оказалось, что в другом аналогичном интернате у ребенка, есть братья и сестра старшего возраста.

Супруги приняли решение усыновить всех детей, но повторная процедура затянулась на два года. К тому времени выяснилось что, "диагноз" А. не соответствовал действительности и речь шла лишь о задержке психического развития отягощенной помещением в интернат со "специальной" программой обучения.

Повторная процедура, в которой я принимал участие как фасилитатор и переводчик, столкнула меня с действительностью подобных заведений. Там много просто очень "запущенных" детей, которые при индивидуальном или при более профессионально-специализированном подходе стали бы нормальными гражданами. Мне не довелось проводить там специальные исследования, это не было моей функцией. Но это нашло своеобразное подтверждение в том, что через полгода и девять месяцев из Новой Зеландии я получил письмо по электронной почте от четырнадцатилетнего парня (одного из усыновленных) на английском языке. Справедливости ради надо сказать, что приемная мать – педагог, специализирующийся на работе с детьми с ЗПС.

Этим детям повезло, но что было бы с ними, останься они здесь, и что еще будет с многими другими  детьми-инвалидами "по социальным показаниям". Россия и здесь пока продолжает терять свой гражданский потенциал.

1999 год был объявлен Организацией Объединенных Наций годом Пожилых Людей, были определены основные принципы в отношении пожилых людей: независимость, участие, уход, реализация внутреннего потенциала, достоинство. В чем они выражаются?

1. Пожилые люди должны иметь необходимый доход для обеспечения себя всем необходимым; поддержку со стороны семьи и общества; иметь возможность работать, совершенствовать свои знания и профессиональную подготовку.

2. Пожилые люди должны активно участвовать в жизни общества, передавать свой опыт и знания молодым, создавать общественные организации и участвовать в добровольческом движении.

3. Пожилым людям должен быть обеспечен уход и защита со стороны общества, семьи.

4. Пожилые люди должны иметь возможность для реализации своего потенциала, доступ к образованию, культуре, отдыху, активной жизни общества.

5. Пожилые люди должны вести достойный образ жизни, не подвергаться эксплуатации и насилию.

Люди стремящиеся помочь пожилым часто начинают свою деятельность, предлагая практические ежедневные услуги по совершению покупок, приготовлению пищи, выполнению работы по хозяйству. Очень часто они приходят к выводу, что для большинства пожилых людей оказывается ценной не столько практическая помощь, сколько их действительно дружелюбное отношение. Не в меньшей мере, сотрудники организаций, обеспечивающих практическую поддержку пожилым людям, обнаруживают, что в большинстве случаев востребованность их работы зиждется на эмоциональных требованиях к взаимоотношениям с их клиентами [56].

Уникальный психологи¬ческий тренинг предложил своим воспитанникам Центр социальной реабилитации для детей и подростков с ог¬раниченными возможностями «Кон¬такты-1». Дети-инвалиды с ДЦП тре¬тий год помогают старикам, которые практически не могут двигаться. Центр осуществляет социальную реабилитацию детей и подростков до 18 лет, имеющих ограниченные физические и умственные возмож¬ности, детей и подростков из непол¬ных, многодетных и других социаль¬но неблагополучных семей.

Обычная помощь социальных работников ограничивается толь¬ко покупкой продуктов. Именно поэтому «Контакты-1» выступили с нетрадиционной инициативой. Но самое интересное в этой исто¬рии – участие самих детей-инвали¬дов. Каждый взрослый, отправля¬ющийся разносить обед, берет с собой ребенка с ограниченными возможностями - из воспитанни¬ков клуба. И ребенок, и пожилой человек моментально находят об¬щий язык и потом скучают друг без друга. Поэтому желающих пойти в гости к старикам долго искать не приходится. Благотвори¬тельность и милосердие становят¬ся психологическим тренингом для детей-инвалидов и служат це¬лям не только гуманным, но и вос¬питательным.

В постперестроечной России проблемы пожилых людей и инвалидов, несколько изменили свой характер. За годы перестройки претерпела определенную динамику социальная самоидентификация пожилых россиян (Козлова Т.З.) [55]. Стали менее значимы политические идентификации, утрачивает былое значение и идентификация с советским человеком, но сохранилась идентификация с семьей.

Далее, если можно говорить о том, что материальная составляющая жизни социально незащищенных людей, скорее ухудшилась, то следует понимать, что теперь практически нет места сокрытию и замалчиванию этих проблем, появились многочисленные негосударственные организации, в том числе, работающих по принципу самопомощи, нередко получающие помощь и средства из-за рубежа.

К сожалению, многое из того, что описано в западных исследованиях по работе с пожилыми и инвалидами делают эти рекомендации малоприменимыми в российской действительности в силу весьма специфических социально-экономических условий. Однако они никак не умаляют собственно психологические разработки западных специалистов.

"Сегодня во всех частях мира у молодых людей возникла общность того опыта, которого никогда не было и не будет у старших. И, наоборот, стар¬шее поколение никогда не увидит в жизни молодых людей повторения своего беспрецедентного опыта. Этот разрыв между поколениями совер¬шенно нов, глобален, всеобщ" (Краснова О.В.), [62].

Но особенно ярко (и это очень важно практически) мы видим это "здесь и сейчас". Как же помогать пожилым и инвалидам социальному работнику и практическому психологу в нашей стране?

"В настоящее время социальные работники отделения помощи престарелым одиноким людям на дому, выполняющие патронажные функции не имеют специального образования. При поступлении на работу они проходят инструктаж у заведующего отделением социальной помощи, знакомятся с нормативными документами и актами" (Краснова О.В.), [60].

Предмет и задачи социальной психологии и соци¬альной геронтологии большей частью совпадают, то есть являются общими. Поэтому социальная психология старения является важнейшей составной частью социальной геронтологии.

Краснова О.В. в работе "Социальная психология старения как основная составляющая социальной геронтологии" [61] пишет, что основные вопро¬сы, которые являются структурными составляющими этой области науки, должны включать следующее: положение пожилых людей в обществе, сте¬реотипы, аттитюды и ожидания, связанные с людьми позднего возраста, проблемы идентификации и ролевое поведение пожилых, проблемы адап¬тации, социализации и образования пожилых, вопросы социальной поли¬тики, проблемы выхода на пенсию, семья и пожилые люди, социально-пси¬хологические проблемы, ухаживающих за пожилыми людьми.

Каждый из этих вопросов требует детальной проработки и последовательной научной работы с соответствующим методологическим обеспечением. Только в этом случае, возможно говорить о развитии этой области науки и достижении практических результатов, которые должны не только улучшить каче¬ство жизни пожилых, но и всего общества в целом.

При исследовании сферы межличностных коммуникаций пожилых людей особое внимание привлекает группа суждений, касающихся семьи. В нее входят ответы, отражающие се¬мейный статус испытуемых, взаимоотношения в семье (в прошлом и настоящем), описание супруга (супруги), детей, внуков или указание на их отсутствие, смерть близких. Если мужчины кратко очерчивают свое семейное положение, то женщины подробно раскрывают эту те¬му, особенно отношения с детьми и внуками. Живя в пансионате, они продолжают проявлять заботу, особенно о внуках, правнуках, помо¬гать им, иногда обостренно переживая их радости и неудачи. Жен¬щины, не имевшие семьи или детей, всегда останавливаются на этом обстоятельстве, обычно выражая сожаление. Как правило, семейный климат в прошлом оценивается позитивно. Но не для всех семья бы¬ла или остается источником счастья, встречаются высказывания о не-удавшейся семейной жизни, о сложных отношениях с детьми, («не¬удачлива в личной жизни», «личная жизнь не сложилась», «детям я уже не нужен»). Обращает внимание инверсия в ответах женщин и мужчин по содержанию в них элементов прошлого и настоящего: пер¬вые больше говорят о наличной семье, смещая интерес на следующие поколения (детей, внуков, правнуков), вторые – о прошлой, акценти¬руя отношения со своим поколением (женой) (Бороздина Л. В., Молчанова О. H.) [22].

Гройсман А.Л. [38] говоря о важности "подготовки к старости", отмечает, что в "самоподготовке" к старости следует иметь в виду также известную опасность преждевременного самоограничения и вытекающего отсюда снижения психического тонуса, который, как известно, является с психопрофилактической точки зрения весьма положительным фактором, укрепляющим психическое здоровье.

Всем работающим с пожилыми необходимо учитывать также и такие важные и нередкие моменты психического травмирования людей старческого возраста, как ослабление связей с коллективом в силу перехода на пенсию, возникновение одиночества в связи со смертью одного из супругов и созданием детьми отдельных семей. Особенно же велико такое психическое травмирование, если оно дополняется переживанием стари-ками своей неполноценности и поддерживается у них комплексом "я лишний", "никому не нужный". Важно поэтому соблюдение надлежа¬щей пропорции между охраной старых людей от психического травмирования и проявления к ним, учитывая их ранимость и обидчивость, чуткости и заботливости, с одной стороны, и избыточной опекой и ограничением их свободной деятельности, с другой, что также травмирует стариков, углубляя у них чувство беспомощности и не¬полноценности.

В отношении практики психотерапии и оказании психиатрической помощи пожилым и инвалидам с психическими заболеваниями в нашей стране Демьянов В.Г [41] пишет, что диагноз в нашей стране больному и его родственникам обычно не сообщается. Но по различным косвенным признакам рано или поздно они догадываются. Тогда начинается зна¬комство с психиатрической литературой, обмен мнениями с родственниками других заболевших.

Первая реакция таких клиентов, как правило, паническая: «Что же будет? Неужели это конец всем надеждам в жизни?» и пр., так как ни больной, ни его близкие не могут знать всех форм проявлений и течения болезни и, тем более, оценить ее ин-дивидуальные особенности. В то же время, обыч¬но после первой госпитализации, все надеются на то, что больше стационарного лечения не потре¬буется. Осознание необходимости длительного при¬ема лекарств тоже приходит далеко не всегда (во многом благодаря расхожему мнению: «лекар¬ства - яд»). Самоуспокоение и резкий обрыв при¬ема лекарств, как правило, приводят к обостре¬нию заболевания и повторной госпитализации. Каждая следующая госпитализация может разру¬шать надежду больного на благополучный исход и приводить к мысли о неизбежности инвалидизации.

Иногда родственники больного, особенно ре¬бенка, стремятся даже преувеличивать тяжесть заболевания или в очередной раз положить его в стационар, чтобы добиться инвалидности для из¬влечения определенных выгод (получение дополнительной жилплощади, снижение платы за квар¬тиру, транспорт и пр.). Особенно заметна бывает трансформация позиции родственников у больных, страдающих деменциями пожилого и старческого возраста. В связи с первыми признаками наруше¬ний памяти и пространственной дезориентировки родственники обращаются за помощью к психиатру с просьбой о лечении. Они заботливо посе¬щают в больнице близкого человека, ухаживают за ним, интересуются ходом лечения. После воз¬вращения его домой обнаруживают, что, несмот¬ря на улучшение здоровья, пожилой человек во многом беспомощен и нуждается в постоянном наблюдении (если он останется один в квартире, то может забыть выключить на кухне газ или воду в ванной комнате, выйти из дома, не закрыв за собой дверь» и т. п.).

Постоянное беспокойство по таким поводам и нежелание или невозможность кому-либо постоянно оставаться с заболевшим человеком приводят к повторным госпитализациям, и чем их больше, тем, к сожалению, реже род¬ственники навещают больного в клинике, ссыла¬ясь на занятость, тем меньше проявляют о нем реальной заботы, всячески оттягивая время вы¬писки домой, избегая встреч с врачом, и, нако¬нец, оформляют документы в дом инвалидов, где тоже навещают его все реже и реже. А ведь речь идет о близком и дорогом человеке, и без психо¬профилактической работы с родственниками боль¬ного динамика отношений подобного рода может стать, к сожалению, реальностью.

В интересном обзоре "Старость: социальная разобщенность или целостность? (Теории и традиции западной социальной геронтологии)" [54] Козлов А.А. пишет, что уже беглое знакомство с позициями теоретических направлений, полностью или частично посвященных изучению проблем старения или пожилого возраста, позволяет сделать вывод о том, что в них не существует единообразия в подходах к пониманию закономерного про¬цесса старения человека.

Существуют различные точки зрения и на взаи¬моотношения стареющего человека и общества. Все теоретические подхо¬ды к проблемам старения и перехода в разряд пожилых можно разделить на две основные группы в соответствии с ответом на следующий вопрос: нужна ли преемственность поколений или люди, вступающие в стадию старости, автоматически ставятся за грань социума, превращаясь в вымирающий маргинальный слой. От ответа на этот вопрос в значительной степени зави¬сят и направления социальной политики, а также и самой социальной работы как в теоретическом, так и практическом планах. Актуальными вопросы старения становятся и в рамках нравственных завоеваний, и взятии человеческим обществом курса на гуманизацию отношений.

И все-таки, давайте который раз напомним, что человек, в первую очередь, отвечает за себя сам. И не болезнь, ни социум, ни возраст, ни даже сама смерть не в состоянии сломить человека обретшего "смысл". Андрей Сахаров, Елена Боннер, Юрий Орлов… "Что придавало сил … многим другим диссидентам, позволяющих им сохранять мужество, сопротивляясь принудительному режиму советс¬кой власти?" - вопрошает Уоррен Штейнберг [137].  Почему они не могли, как подавляющее большинство граждан, идентифицироваться с официально одобряе¬мыми ценностями и стать "успешными" членами социалисти¬ческого общества? По всей вероятности, они несли в себе переживание некоего "смысла жизни", которое сообщал им "внутренний голос", которое придавало им мужества и стой¬кости в противостоянии коллективной тирании.



3.3. Практические рекомендации

В работе, направленной на изучение проблем пожилых и инвалидов, впрочем как и в любой другой необходимы некоторые дефиниции. И в первую очередь, узко практические. Какова же собственно роль психолога в организациях работающих с пожилыми людьми и инвалидами? Что следует, и что не следует делать, работая с пожилыми людьми и инвалидами?

Психологу, работающему в организации обеспечивающей поддержку пожилым людям и инвалидам, следует на наш взгляд опираться на следующие принципы, частично вытекающими из предложенной выше гипотезы.

1. Не следует внутренне определять клиента, как человека имеющего принципиальные отличия в возможностях от «нормального», т.е. те которые могли бы дискриминировать его, следует отмечать и выделять его человеческие особенности.

2. Уделять пристальное внимание возможному медицинскому аспекту, в смысле адекватности и вменяемости человека, следуя заповеди «не навреди». Особенно в плане гипо- и гипер-диагностики психических отклонений. Заниматься своим делом.

3. Используя профессиональные навыки психолога, предоставлять возможность человеку решать свои проблемы самостоятельно, способствуя его поискам новых решений и облегчая применение его позитивных, в данной ситуации, умений на практике.

4. По возможности модулировать эмоциональные переживания клиента в обычной жизни, предоставляя ему, в частности, возможности выговариваться и предлагая, доступные ему, седативные или стимулирующие действия и ритуалы, равно как возможности безотлагательных консультаций специалистов (медиков, юристов, психологов) по телефону.

5. Не оставлять человека в одиночестве, способствовать расширению его позитивных социальных контактов, стимулировать и организовывать его творческие начинания. Не забывать о нем.

6. Проявлять искренний интерес к проблемам клиента, не забывать об их уникальности для клиента, как в смысле более адекватной профессиональной помощи, так и в смысле обретения собственного опыта, как клиента.

7. Не забывать о себе и не позволять себе «увязнуть» в проблемах клиента, сохранять дистанцию и выдерживать обоюдоприемлемый регламент контактов.

8. Помнить, что все мы, как специалисты, так и клиенты лишь «промежуточные инстанции». И каждый человек ценен сам по себе.

9. Помнить, что, в конечном счете, каждый человек ответственен лишь за себя самого. И в максимально возможной мере делегировать ответственность за себя клиенту.

10. Не упускать из внимания материальные возможности клиентов и, в случае необходимости, находить альтернативные источники компенсации своих личных и организационных затрат.

11. Быть человеком. Помнить о любви и смерти, и свободе выбора.


Признание инвалидности за каждым человеком, неизбежности и права на нее и постановка задачи ее преодоления в рамках гуманистического подхода. "От сумы и от тюрьмы…"

В отношении оценки приемлемости применения алкоголя, наркотических и психотропных препаратов следует учитывать реальную социальную ситуацию, в которой находится клиент и медицинские показания или противопоказания.

Хотелось бы особо отметить, что в работе с пожилыми и инвалидами социальному работнику, психологу или помощнику следует особенно обращать внимание на психологическую самозащиту во избежании "выгорания" - довольно характерного явления при длительной работе с людьми находящимся в тяжелом физическом или психическом состоянии. Этому вопросу уделено специальное внимание в предложенном в приложении тренинге.

В отношении телефонного консультирования на темы болезни и смерти (Моховиков А.Н.) [92], следует иметь в виду следующие ограничения:

 не следует прибегать к пустым фразам, они свидетельствуют о равнодушии, незаинтересованности и нежелании доверительного общения, страхе или смущении;

 не следует детализировать факты болезни или обсуждать диагноз, это находится вне сферы компетенции консультанта;

 при обсуждении важно избегать бытовых штампов, которые снижают и без того низкую самооценку больного;

 поучения и наставления снижают ценность консультирования, убеждения и/или уговоры оказываются малоэффективными;

 советы часто вызывают негативное отношение и чаще всего являются бесполезными.

В нашей стране работа с пожилыми и инвалидами во многом опирается на благотворительность. В отношении деятельности благотворительных организаций, в первую очередь работающим по этим направлениям, хотелось бы отметить, что им следует придерживаться базовых принципов филантропической деятельности: законность и прозрачность  деятельности, базирующейся на подлинно добровольном социальном партнерстве. Основная роль таких организаций - обеспечивать популяризацию благотворительности вообще и отдельных доноров, в частности: координация и консолидация их филантропических усилий, оказание консультативных, информационных и коммуникационных услуг с использованием  социального маркетинга. Иными словами сделать благотворительность не хлопотной и приятной для благотворителя (донора) и эффективной – для реципиента. Вообще существует достаточно емкое высказывание: «Филантропия – это  перемещение средств от тех, у кого есть совесть, к тем, у кого есть нужда».

Понятно, что под средствами надо понимать не только материальные ценности, но и человеческие ресурсы. На этот счет также существуют конкретные психологические рекомендации и тренинги, но это уже тема отдельной работы.

Отметим в завершении, что в целом старики и инвалиды, как и все остальные люди, претендуют всего лишь на равноправное участие в социуме. Они во многом могут быть не только объектом, но и субъектом благотворительности в адрес себе подобных, учитывая их возможности и уровень притязаний. Их, в основном, не страшит невысокая заработная плата, а огорчает "неучастие в процессе жизни".


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Выводы и перспективы

1. Пожилые люди и инвалиды представляют из себя негомогенный, но потенциально-значимый трудовой и социальный ресурс.

2. Основной проблемой пожилых и инвалидов являются сохранение и поддержание социальных контактов на комфортном для личности уровне, включая трудовые и семейные взаимоотношения. А так же элементарное человеческое общение.

3. С возрастом переживание половой инвалидности постепенно ослабевает, и то что в зрелом возрасте может рассматриваться, как помеха, в пожилом возрасте может явиться благом.

4. Организация службы трудоустройства и службы знакомств для пожилых и инвалидов (включая телефонию и интернет-технологии) может, помимо социальной значимости, стать самостоятельным рентабельным проектом.

5. Социальным работникам и другим лицам нужно обладать психологическими знаниями и навыками как для работы со "специфическим контингентом", так и в целях сохранения собственного психологического равновесия.

6. Проведение психоделических сессий и тренингов оправдано, как минимум в двух аспектах: приобретение самостоятельного экзистенциального опыта для переоценки ценностей  и подготовка к "переходу" в случае приближения терминальных состояний. При этом необходимо участие врача.

7. Инвалидность – понятие напрямую касающееся каждого из нас и забота о пожилых и инвалидах сегодня – это в большой мере эгоистическая забота о себе.

8. Привлечение профессиональных психологов к работе с пожилыми и инвалидами – требование времени. Значимость темы в цивилизованных странах становиться все более существенной, а недостаточную ее осмысленность мы ощущаем уже сегодня.

Нами был предпринят, незамысловатый психолингвистический эксперимент, с одним из очень интересных, на наш взгляд, современных отечественных пособий для студентов психологических факультетов: "Личности и сущности человека: парадигмы, проекции, практики", написанным Орловым А.Б. [97], и к своему удивлению, мы не обнаружили в нем слов "пожилой" или "инвалид" в любом спряжении, слово "старик" встретилось один раз, по иронии судьбы в отношении Карла Роджерса. Слово "смерть" с различными падежными окончаниями повстречалось десять раз. В какой-то мере по этому можно судить о представленности тематики в современном психологическом образовании.

И, наконец, возвращаясь к предисловию работы, для выхода из под нежелательного контроля неконгруэнтного социума, нам необходим собственный адекватный личностный контроль на протяжении всей жизни до старости и смерти, не взирая на неизбежные инвалидности. Так сказать, "давайте жить дружно", любить, работать и отвечать, как минимум, за самих себя, а также приобретать собственные психологические познания и уникальный человеческий опыт, чтобы поделиться с другими.

В Библии во второй Книге Царств [18] приведена притча. Господь повелел Давиду отнести свой ковчег в Иерусалим. Израиль¬ский царь Давид, возглавлявший процессию, сбросив почти одежды, одетый лишь в льняной ефод, на глазах у всего народа скакал и плясал перед ков¬чегом. Мелхола, дочь Саула и жена Давида стала его прези¬рать, увидев, как ее полуобнаженный муж скачет и пляшет, потешая публику. Оставшись с ним наедине, она обвинила его в том, что он устроил публичный спектакль, изображая из себя шута перед лицом своих слуг и рабынь. На это Давид ответил ей: «Перед Господом плясал я, не перед ними. И благословен Господь, перед которым танцевать я буду, кото-рый утвердит меня вождем Господня Израиля». Царя Давида совершенно не заботило, что о нем подумает народ. Его поступки имели внутреннюю мотивацию и несли в себе индивидуальный смысл. Ему не требовалось поддерживать престиж своей царской особы, следуя общепринятым нормам.

Не следует, впрочем, рассматривать притчу, как "руководство к действию", но имея ее в виду и, изучив этический кодекс национальной ассоциации социальных работников США (см. приложение) и уголовный кодекс РФ, в процессе практической работы ответить себе на вопросы: "ЧЕГО ЖЕ ТЫ ХОЧЕШЬ?" и "Насколько ЭТО согласуется с реальной жизнью?"


Список литературы
1. Абрамова Г.С. Возрастная психология. Екатеринбург: Деловая книга. 1999.
2. Абрамова Г.С. Практикум по возрастной психологии. М.: Издательский центр "Академия". 1999.
3. Авдеев Сергей. Мост между двумя мирами. В сб.: "Российская периодика и социально-уязвимые слои населения". М.: Информ-контакт. 1997.
4. Агапова Н.С., Бялик М.А. Правовые аспекты социальной защиты семей с детьми-инвалидами. М., 1998
5. Адлер Альфред. Воспитание детей и взаимодействие полов. Ростов н/Д: Феникс. 1998.
6. Адлер Альфред. Практика и теория индивидуальной психологии. М.: Фонд "За экономическую грамотность". 1995
7. Альперович В.Д. Геронтология. Старость. Социокультурный портрет. М.: "Издательство Приор", "Экспертное бюро". 1998.
8. Альперович В.Д. Социальная геронтология. Ростов н/Д: Феникс. 1997.
9. Аминов Н.А.: Некоторые теоретические аспекты дифференциальной психодиагностики специальных способностей. М., ИЦПКПС, 1994.
10. Анохин П.К. Биология и нейрофизиология условного рефлекса. М., 1968.
11. Анциферова Л.И. Поздний период жизни человека: типы старения и возможности поступательного развития личности. // Психологический журнал. Т. 17. №6, 1994.
12. Ахметшин А.М. Туризм как метод реабилитации и оздоровления людей с ограниченными жизненными возможностями. Уфа: "Даурия". 2000.
13. Бастрыкина А.Б. Туризм в системе реабилитации и социальной интеграции пожилых и людей с ограниченными возможностями. Москва. 1999.
14. Белый Андрей. Вейнингер о поле и характере.// В книге "Русский Эрос или философия любви в России". М.: "Прогресс". 1991.
15. Бердяев Н.А. Эрос и личность. Философия пола и любви. М.: Прометей. 1989.
16. Берн Эрих. Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы. – В кн.: Игры, в которые играют люди.- СПб.: Лениздат. 1992
17. Бехтерев В.М. Объективная психология. М.: Наука. 1991.
18. Библия. В 2-х т. Дужовное просвещение. 1990.
19. Бинсвангер Людвиг. Бытие-в-мире. Избранные статьи. Нидлмен Я. Критическое введение в экзистенциальный психоанализ. М.: "Рефл-бук"; К.: "Ваклер". 1999.
20. Бодалев А.А., Ганжин В.Т. Основные акмеологические закономерности человеческой жизни. // Мир психологии. №2(18), 1999.
21. Болотова А.К. Психология времени в межличностных отношениях. М.: Московский психолого-социальный институт. 1997.
22. Бороздина Л. В., Молчанова О. H. Особенности самооценки в позднем возрасте. Вестник московского ун-та. сер. 14, Психология. 1988. № 1
23. Брагина Н.Н., Доброхотова Т.А. Функциональные асимметрии человека. М.: Медицина. 1988.
24. Брак у народов Центральной и Юго-Восточной Европы. М., 1988.
25. Булгаков Михаил. Избранное. М.: Худож. лит. 1980
26. Бурлачук Л.Ф., Морозов С.М. Словарь-справочник по психодиагностике. - СПб.: "Питер". 2000.
27. Бурно М.Е. Терапия творческим самовыражением. М.: Медицина. 1989.
28. Бьюдженталь Джеймс. Наука быть живым: Диалоги между терапевтом и пациентами в гуманистической терапии. М.: Независимая  фирма "Класс". 1999.
29. Васильченко Г.С. Общая сексопатология. М.: Медицина. 1983.
30. Васильченко Г.С. Частная сексопатология. М.: Медицина. 1983.
31. Вейнингер Отто. Пол и характер. М.: Терра. 1992
32. Вейнингер Отто. Последние слова/Пол и характер. Мн.: Попурри. 1997.
33. Веселовская М.М., Москаленко Е.С. Здоровый досуг в жизни пожилых людей и инвалидов. М., 1999.
34. Витакер К., Бамберри В. Танцы с семьей. М.: Независимая  фирма "Класс". 1999.
35. Гамезо М.В., Герасимова В.С., Горелова Г.Г., Орлова Л.М. Возрастная психология: личность от молодости до старости: Учебное пособие. М.: Педагогическое общество России. Издательский Дом "Ноосфера". 1999.
36. Гофман Ирвинг. Представление себя другим в повседневной жизни. М.: КАНОН-пресс-Ц. 2000.
37. Грехем Джексон. Мужчина и мужчина. Психоанализ взаимотношений. М.: ЧеРо. 1998.
38. Гройсман А.Л. Медицинская психология. М.: ИЧП "Издательство МАГИСТР". 1998.
39. Гроф Станислав. За пределами мозга. М.: Центр "Соцветие". 1992.
40. Дейтс Боб. Жизнь после потери. М.: ФАИР-ПРЕСС. 1999.
41. Демьянов Ю.Г. Основы психопрофилактики и психотерапии. СПб.: Паритет. 1999.
42. Джейкобс Даниэль, Дэвид Пауль, Мейер Дональд Джордж. Супервизорство. Техника и методы корректирующих консультаций. СПб.: "Б.С.К.". 1997.
43. Динора Пайнз. Бессознательное использование своего тела женщиной. СПб.: Восточно-Европейский институт психоанализа и Б.С.К. 1997.
44. Доброхотова Т.А., Брагина Н.Н. Левши. М.: Книга. 1994.
45. Дремова Н.Б. История моей болезни. М.: "Фармацевтический мир". 1997.
46. Дубров А.П. Симметрия биоритмов и реактивности. М.:Медицина.1987.
47. Ефименко В.А. Чувствительная супруга // Индийская жена: исследования, эссе. — М. "Восточная литература" РАН, 1996.
48. Ибсен Генрик. Пер Гюнт. М.: Художественная литература. 1980.
49. Иванов В.А. Работа штатного психолога в ЦСО: проблема самоидентификации.//Психология зрелости и старения. Весна, 1999 (5).
50. Игнашин Н.С., Нехорошев М.П., Дмитриев Н.Н. Магнитотерапия в лечении хронических урологических заболеваний с болевым симптомом. "Регуляция тканевого гомеостаза. Нетоксическая профилктика и терапия хронических патологий". Сборник докладов. Кобулети, ГССР. 1987.
51. Илюхина Ольга. Пенсионер - это звучит гордо. В сб.: "Российская периодика и социально-уязвимые слои населения". М.: Информ-контакт. 1997.
52. Каплан Г., Сэдок Б. Клиническая психиатрия. М.: ГЭОТАР МЕДИЦИНА. 1998.
53. Кемпер Иоганнес. Практика сексуальной психотерапии. Тт. 1,2. М.: АО Издательская группа "Прогресс" - "Культура". Издательство "Яхтсмен". 1994.
54. Козлов А.А. "Старость: социальная разобщенность или целостность? (Теории и традиции западной социальной геронтологии)". // Мир психологии. №2(18), 1999.
55. Козлова Т.З. Динамика социальной идентификации пожилых россиян. //Психология зрелости и старения. Весна, 1999 (5).
56. Комли Мэгги. Учиться слушать. Азбука общения для работающих с пожилыми людьми. М.: "РАНДЕВУ-АМ". 1999.
57. Кон И.С. Сексуальная культура в России: клубничка на березке. М.: ОГИ. 1997.
58. Конечный Р., Боухал М. Психология в медицине. Авиценум, Прага, 1983.
59. Корягин Н.А. Физическая культура на службе реабилитации и восстановления физического потенциала инвалидов и пожилых людей. Москва. 1999.
60. Краснова О.В. "Проблемы социально-психологической компетентности в социальной работе с пожилыми людьми". //Психология зрелости и старения. Лето, 1999 (6).
61. Краснова О.В. "Социальная психология старения как основная составляющая социальной геронтологии". // Мир психологии. №2(18), 1999.
62. Краснова О.В. Социально-психологические вопросы старения. М.: Журнал практического психолога, №3, 1997.
63. Красов Л.И. Одолевший неподвижность. М.: Советский спорт. 1996.
64. Кратохвил С. Психотерапия семейно-сексуальных дисгармоний. М.: Медицина. 1991.
65. Крейг Грейс. Психология развития. СПб.: Питер. 2000.
66. Кречмер Эрнст. Строение тела и характер. Москва. 2000.
67. Кривцун О. А. Психологические корни эротического искусства. Психологический Журнал, Том. 13, № 1, 1992.
68. Кропоткин П.А. Этика: Избранные труды. М.: Политиздат. 1991
69. Крупник Е.П. Психологическое воздействие искусства на личность. М.: Издательство "Институт психологии РАН". 1999.
70. Лаврин Александр. Хроники Харона. Энциклопедия смерти. М.: Моск. Рабочий. 1993.
71. Леонгард Карл. Акцентуированные личности. Ростов н/Д.: Феникс. 1997.
72. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. М.: Изд-во Моск. ун-та. 1981.
73. Лири Т., Метцнер Р., Олперт Р. Психоделический опыт: Руководство на основе "Тибетской книги мертвых". Львов: Инициатива; К.: Ника-Центр, 1998.
74. Литвак М.Е., Мирович М.О. Как преодолеть острое горе. Ростов н/Д.: Феникс. 2000.
75. Ломброзо Чезаре. Гениальность и помешательство. Ростов н/Д.: Феникс. 1997.
76. Лоуэн Александр. Любовь и оргазм. Ростов н/Д.: Феникс. 1998.
77. Луков Валерий, Луков Владимир. Зигмунд Фрейд. Хроника-хрестоматия. М.: Флинта. 1999.
78. Лурия Р.А. Внутренняя картина болезней и иатрогенные заболевания. М.: Медицина. 1977.
79. Маккенна Т. Истые галлюцинации. М.: Изд-во Трансперсонального Института. 1996.
80. Мак-Нили Дэлдон. Прикосновение. Глубинный анализ личности и телесная терапия. М.: Институт Общегуманитарных исследований. 1999.
81. Маслоу Абрахам. Новые рубежи человеческой природы. М.: Смысл. 1999.
82. Медведева Г.П. Роль психологической компетентности социального работника в организации социального обслуживания пожилых людей. // Мир психологии. №2(18), 1999.
83. Мелик-Пашаев А.А. Акмеология и творчество. Постановка проблемы. // Мир психологии. №2(18), 1999.
84. Мережковский Д.С. Тайна трех: Египет и Вавилон. Прага, 1925.
85. Мечников И.И. Этюды оптимизма. М.: "Наука". 1964.
86. Мишле Жюль. Ведьма. М.: Республика, 1997.
87. Мишле Жюль. Женщина. М.: Республика, 1997.
88. Молчанова О.Н. Описание индивидуального случая: особенности Я-концепции. - М.: ИЧП "Сенат". 1997.
89. Моник Юджин. Кастрация и мужская ярость. М. 1999.
90. Монро Роберт. Путешествия вне тела. К.: София. 1999.
91. Моуди  Реймонд. Жизнь после жизни. М.: Вече. 1999.
92. Моховиков А.Н. Телефонное консультирование. М.: Смысл. 1999.
93. Налимов В.В., Дрогалина Ж.А. Реальность нереального. Вероятностная модель бессознательного. М.: "Мир идей", АО АКРОН. 1995.
94. Нехорошев М.П., Самохин А.В. Сегментарная электродиагностика заболеваний предстательной железы. // Воспалительные заболевания почек, мочевых путей и мужских половых органов. Сборник научных трудов. Москва. 1991.
95. Новопрудский Семен. Сам ты Гамлет. М.: Газета "Известия" от 14.09.2000.
96. Обухова Л.Ф.: Детская психология: теории, факты, проблемы. М.: "Тривола". 1997.
97. Орлов А.Б. Психология личности и сущности человека: парадигмы, проекции, практики. М.: Издательская корпорация "Логос". 1995
98. Орлов А.М. Аниматограф и его анима. Психогенные аспекты экранных технологий. М.: Импэто. 1995.
99. Павленок П.Д. Введение в профессию "Социальная работа": Курс лекций. М.: Инфра-М. 1998.
100. Пезешкиан Носсрат.  33 — и одна форма партнерства. М.: Медицина, 1998.
101. Петрушин В.И. Музыкальная психотерапия. М.: "ВЛАДОС". 1999.
102. Пиаже Жан. Избранные психологические труды. М.: Международная педагогическая академия. 1994.
103. Психологические тесты / Под редакцией А.А. Карелина: В 2 т. - М.: "ВЛАДОС" 1999.
104. Розанов В.В. Люди лунного света. Метафизика христианства. М.: "Дружба народов". 1990.
105. Розанов В.В. Опавшие листья.// В книге "Русский Эрос или философия любви в России". М.: "Прогресс". 1991.
106. Роджерс Карл. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М.: ИГ Прогресс. 1999
107. Роджерс Карл. Консультирование и психотерапия. М.: ЭКСМО-Пресс. 1999
108. Роджерс Карл. Эмпатия// Психология эмоций. Тексты/Под ред. В.К. Вилюнаса, Ю.Б. Гиппенрейтер. Издательство МГУ, 1984
109. Рубинштейн С.Л.: Основы общей психологии. В 2-х т. М.: Педагогика, 1989.
110. Рязанцев Сергей. Танатология - наука о смерти. БПЛ. СПб. 1994.
111. Самохин А.В. и совторы: Экспертная система оценки состояния человека оператора. В кн.: Тезисы докладов Всесоюзного семинара по медицинскому приборостроению. Москва, 1986.
112. Сандомирский М.Е., Белогородский Л.С., Еникеев Д.А. Периодизация психического развития с точки зрения онтогенеза функциональной асимметрии полушарий// Сб.: Современные проблемы физиологии и медицины. Уфа: Башкирский Гос. мед. Университет. 1997
113. Скиннер Робин, Клииз Джон. Семья и как в ней уцелеть. М.: Независимая  фирма "Класс". 1995.
114. Славянская мифология. Энциклопедический словарь. М.: Эллис Лак, 1995.
115. Слинглер П., Дуглас Н. Тайны пола. Мн.: "Гудил" 1993.
116. Сыркин А.Я. Единство «сакрального» и «мирского» в любовных отношениях и образе жены // Индийская жена: исследования, эссе. — М.: "Восточная литература" РАН, 1996.
117. Ташлыков В.А. Психология лечебного процесса. Л.: Медицина. 1984.
118. Тейяр Де Шарден Пьер. Феномен человека. М. Наука. 1987.
119. Теплов Б.М.: Избранные труды: В 2-х т., М.: Педагогика. 1985.
120. Тихомиров О.К. Искусственный интеллект и психология. М.: Наука. 1976.
121. Удинцов Е.И. Социально-гигиенические аспекты инвалидности. М.: Медицина. 1985.
122. Уилбер Кен. Никаких границ. М.: Изд-во трансперсонального института. 1998.
123. Франкл Виктор Эмиль. Человек в поисках смысла. М., 1990.
124. Фрейд Зигмунд. Введение в психоанализ. Лекции. М.: Наука. 1991.
125. Фрейд Зигмунд. Мы и смерть. БПЛ. СПб. 1994.
126. Фрейд Зигмунд. Толкование сновидений. Мн.: Попурри. 1997.
127. Фролькис В.В. Долголетие: действительное и возможное. Киев. 1989.
128. Фромм Эрих. Анатомия человеческой деструктивности. М.: Республика, 1994.
129. Хессет Джеймс. Введение в психофизиологию. М.: Мир. 1981.
130. Хорни Карен. Женская психология. БПЛ. СПб. 1993.
131. Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности. СПб.: Питер. 1999.
132. Хэссет Джеймс. Введение в психофизиологию. М.: Мир. 1981.
133. Чижевский А.Л. Неизданное. Библиография. Размышления. Развитие идей. Москва. 1998.
134. Чудновский В.Э. К проблеме адекватности смысла жизни. // Мир психологии. №2(18), 1999.
135. Шевандрин Н.И. Психодиагностика, коррекция и развитие личности. М.: "ВЛАДОС". 1999.
136. Шостром Эверетт. Анти-Карнеги. Мн.: Попурри. 1999.
137. Штейнберг Уоррен. Круг внимания. Клинические аспекты юнгианской терапии. М.: Институт общегуманитарных исследований. 1998.
138. Эриксон Эрик. Детство и общество. – СПб.: ЛЕНАТО, АСТ, Фонд "Университетская книга", 1996
139. Эриксон Эрик. Идентичность: юность и кризис. М.: Издательская группа "Прогресс". 1996.
140. Эткинд Александр. Эрос невозможного. История психоанализа в России. СПб.: MEDУЗА. 1993.
141. Юнг К. Г. Тевистокские лекции/Исследование процесса индивидуализации. М.: "Рефл-бук"; К.: "Ваклер". 1998.
142. Юнг К. Гюстав. Алхимия снов. СПб.: Тимошка. 1997.
143. Юнг К. Гюстав. Аналитическая психология. СПб. 1994.
144. Юнг Карл. Либидо, его метаморфозы и символы. БПЛ. СПб. 1994.
145. Якубик А. Истерия. М.: Медицина. 1982.
146. Ярошевский М.Г. История психологии. М.: Мысль. 1985.
147. Яффе М., Фенник Э. Секс в жизни женщины. М.: Медицина. 1991.
148. Яффе М., Фенник Э. Секс в жизни мужчины. М.: Медицина. 1991.
149. Bob G. Knight.  Case Histories  in Psychotherapy with Older Adults. Sage, 1992.
150. Erikson, Erik. The Life Cycle Completed, Norton & Co, New York. 1985.
151. Erikson, Erik, Erikson, Joan, and Kivnik, Helen. Vital Involvement in Old Age. Norton & Co, New York. 1994.
152. Kűbler-Ross, Elisabeth. Living with Death and Dying, Souvenir, 1982.
153. Reedy, M.N., J.E.Birren & K.W.Schaie: Age and sex defenses in satisfying love relationships across the adult life span. Human Developement. 1981.
154. Rogers, Carl R. Client Centred Therapy. Constable & Co., 3rd edition, 1965.
155. Schneider, H.D.: Sexualverhalten in der zweilen Lebenshalfte. Kohlhammer, Stuttgart, 1980.

"Введение в психологию зрелого и пожилого возрастов"

 

 

Смотрите также материалы по теме ОСИ БЫТИЯ